«БОГ ГОВОРИТ - Я ДУМАЮ» Моррис Венден

Глава 3.
Протест против протестантов

Одного человека как-то спросили, во что он верует, и он ответил: «Я верую в то, во что верует моя Церковь». Тогда у него попытались выяснить, во что верует его Церковь, и он сказал: «Церковь верует в то, во что верую и я». «Ну так во что же вы с вашей Церковью веруете?» — не отставали от него. И он ответил: «Мы веруем в одно и то же».

Если вам удастся добиться от кого-нибудь ответа, во что он или она веруют, то второй вопрос точно лишит их душевного равновесия: почему вы веруете в это? Я безуспешно пытался получить ответ на этот вопрос у самых разных людей. Я задавал свой вопрос мормонам, которые стучались в мою дверь, и свидетелям Иеговы. Я задавал его и членам своей Церкви. Я спрашивал людей на улицах! Надо сказать, что подобные вопросы задавали и мне. Однажды парикмахер поинтересовался, почему я принадлежу к Церкви адвентистов седьмого дня. Я тут же преподал ему подробнейший библейский урок. Когда я закончил, он спросил: «А кем был ваш отец?» — «Он тоже был адвентистом».

— «А почему вы проповедник?»

Мне показалось, что я уже дал ему хороший ответ, но парикмахер спросил снова: «Так кем же был ваш отец?» «Он был проповедником», — сдался я.

Да, многие наши представления' и верования мы получаем по наследству. Мы наследуем веру от своих родителей и учителей. Мы включаемся в культурную среду, которая утверждает нас в том, во что мы веруем. И очень часто, когда человека внезапно останавливают вопросом «почему?», он растерянно молчит, сумев найти лишь один ответ: «Я всегда так верил».

В этой книге мы попытаемся выяснить вопрос о том, что является нашим авторитетом и основанием. Почему мы веруем и поступаем так, как поступаем? В предыдущей главе мы отметили, что в мире наблюдается тенденция — и не только в сфере религиозной, но и повсюду — ставить в центр всего человека. Человек ставит себя в зависимость от другого человека. И несколькими страницами ранее я попытался серьезно предостеречь вас от того, что не следует полагаться на мнение других в вопросах, связанных с истиной и с вашей судьбой в вечности.

Как-то в завершение одной из своих проповедей я обратился к собравшимся с необычной просьбой: не верить на слово ничему, что я произнес. Мне прислали записку: «Если нам предлагается не верить ничему сказанному из-за кафедры, то следует ли верить и вашим последним словам: "Не доверяйте моим словам"?»

Я меньше всего хочу вносить какую-либо путаницу, но единственное мое желание, чтобы и я, и вы, читающие эту книгу, испытали свое сердце и нашли ответ на вопрос: почему мы веруем в то, во что веруем?

В сегодняшней Северной Америке большинство верующих исповедуют или католичество, или протестантизм, или иудаизм. Обычно к одной из этих трех Церквей люди относят себя, заполняя анкеты или выступая публично. И если вы скажете, что вы протестант, то далее последует вопрос: «А против чего вы протестуете? Ведь протестант — это тот, кто заявляет протест?»

Напомним, кстати, что термин «протестантизм» появился в Германии в 1529 году, когда несколько князей заявили свой «протест» против решения Шпейерского сейма о запрете на право выбирать религию. Позже Мартин Лютер, монах, не побоявшийся открыто объявить свои 95 тезисов, поднял целую бурю протеста против религиозной системы своего времени. Поэтому будьте добры, называясь протестантом, убедитесь, что вы действительно протестуете против чего-то и знаете, почему вы это делаете.

Если вы откроете словарь и попытаетесь узнать в нем что-то о протестантах, то найдете такое определение: «Протестант — христианин, не принадлежащий к Римской католической или Православной восточной Церквам» (Новый словарь Уэбстера, 3-е изд.). У кого-нибудь может сложиться впечатление, что протестанты протестуют главным образом против Римской католической Церкви. Если бы это действительно было так, то протестантов скорее следовало бы назвать «раскольниками», «сектантами» или кем-то в этом роде. Поэтому вместо того чтобы заниматься разделением на католиков и протестантов — оно и так уже существует, — я предложил бы другое определение нашей Церкви. Протестант — это тот, кто протестует против всего, что не имеет своей основой Слова Божьего. Именно так понимали свою позицию люди, поддержавшие в свое время протест немецких князей.

Протестантская Реформация внесла три основных положения: 1) оправдание верой, а не делами; 2) священство всех верующих; 3) исключительный авторитет Библии. Это были основополагающие истины протестантизма.

Итак, попробуем разобраться, что делает протестанта протестантом. Не будем при этом без конца пускаться в сравнения с Римской католической Церковью. (Я надеюсь, что всякий верующий — будь он протестант, католик или иудей — сочтет разумным присоединиться к тем протестантам, о которых мы говорим.)

В протесте немецких князей говорилось: «Мы протестуем против того, чтобы основой нашей догматики и практики было что-либо иное, кроме Слова Божьего». Это заявление побудило Римскую католическую Церковь созвать Трентский собор, который затянулся на долгие-долгие годы. В какие только дебаты не вступал епископат, пытаясь прийти к единому мнению относительно заявленного протеста. Как вам известно, католическая Церковь того времени придерживалась двух авторитетов: для нее существовал авторитет Священного Писания, книги которого приковывались к монастырским стенам, и авторитет традиций, которые передавались отцами Церкви, являвшийся главным и единственным. Католическая Церковь заявила о главенстве традиции, о ее превосходстве над Священным Писанием.

Мартин Лютер выступил против этого решения. Против выступили и шпейерские князья. Вся Реформация основывалась на этом протесте. Протестанты пришли к иному заключению: единственным авторитетом, единственным основанием нашей веры и дел может быть лишь Библия. Но на Трентском соборе католическая Церковь подтвердила свою традиционалистскую позицию, заявив, что при определении всего служения Церкви следует руководствоваться в первую очередь не Писанием, а обычаями и верованиями отцов Церкви, передаваемыми из поколения в поколение.

Чрезвычайно любопытно, что по прошествии долгого времени вновь был созван церковный собор, получивший название Второго Ватиканского собора. На этой ассамблее Церковь почти что встала на позиции признания авторитета Писания. Но последнего решительного шага так и не было сделано, и по сей день Римская католическая Церковь учит нас, что традиции стоят выше Слова Божьего. Это одно из доктринальных положений, по которым расходятся взгляды католиков и протестантов. Однако справедливости ради следует сказать, что и среди католиков есть сегодня немало верующих, которые получили одобрение со стороны своего церковного руководства на изучение Библии.

Иисус оставил нам чрезвычайно важное замечание относительно всякого рода авторитетов: «Лицемеры! хорошо пророчествовал о вас Исаия, говоря: "Приближаются ко Мне люди сии устами своими и чтут Меня языком; сердце же их далеко отстоит от Меня; но тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям человеческим"» (Мф. 15:7—9). Религиозная система времен земной жизни Иисуса покоилась главным образом на предании, которому порой придавалось значения больше, чем Писанию. Фактически Церковь занималась тем, что умножала и умножала собственные традиции.

К сожалению, христианская Церковь сегодня, включая и ту субкультуру, к которой я принадлежу, не свободна от привязанности к преданию и традициям. Я предлагаю вам взять как-нибудь чистый лист бумаги и записать по порядку те пункты веры, которым вы не можете найти подтверждения в Слове Божьем и которые являются всего лишь традиционными представлениями вашей Церкви.

Помню, в начале своего жизненного пути я считал, что нет ничего ужаснее, чем открыть глаза во время молитвы. Раз или два непроизвольно открывал глаза и каждый раз чувствовал себя страшным преступником. Я помню, что даже просил Господа простить мне этот «грех»! Вам известно хоть что-нибудь, что было бы записано в Библии по этому вопросу? Это было и остается всего лишь традицией. Другой вопрос, для чего мы закрываем глаза? Безусловно, это часто помогает не отвлекаться, но пытаться найти в Писании что-то по поводу того, нужно ли закрывать глаза или нет, — тщетное занятие.

Как-то мы с женой разговорились с людьми, которые, перед тем как включить зажигание, сидя в машине, склоняют головы и просят Господа о защите и помощи в пути. Замечательная практика, не правда ли? Наши друзья спросили, молимся ли и мы перед дорогой? Мы честно ответили: «Нет». «Вы не молитесь?» «Нет, мы стремимся держать Бога в курсе всех наших дел в другое время».

А как вы относитесь к тому, чтобы что-то класть поверх Библии? Скажем, другую книгу? Помню, я почитал это страшнейшим грехом. Надо сказать, я и сегодня как-то не могу положить на Библию другую книгу и думаю, что это прекрасная традиция. Но это всего лишь традиция! Составьте как-нибудь список того, что делают адвентисты и что не находит своего действительного обоснования в Библии. Вы припомните довольно много таких мелких пунктиков.

А как же быть с основополагающими пунктами веры? Иисус сказал, что если мы учим заповедям человеческим, то чтим Его... Как? Тщетно!

Во времена Лютера и в последующие годы вопрос о Библии как единственном авторитете вырос в настоящую проблему. Католическая Церковь выступила с предостережением: «Нельзя давать Библию простому народу. Люди просто не будут знать, что с ней делать. Пусть эта Книга остается прикованной к монастырским стенам. И предоставьте Церкви толковать Библию, потому что, если мы позволим читать ее всем подряд, каждый будет толковать ее по-своему. Небезопасно отдавать Библию в руки простого народа».

Серьезная проблема. И какой повод для раздумий! Как же ответили немецкие князья, заявившие свой протест? Их ответ был таким: «Священное Писание, во всех отношениях необходимое для каждого христианина, не трудно для понимания и предназначено для того, чтобы рассеивать тьму». Если же при чтении возникают вопросы, то «священные тексты должны быть объяснены другими текстами, из Библии же».

Это был один из важных принципов протестантской Реформации. Живет ли ваша церковь по такому же принципу? Какова ваша реакция на трудный библейский текст? Говорите ли вы себе: «Да, тут уж мне не обойтись без пояснений пастора или какого другого проповедника?» Или утверждаетесь в мысли: «Я простой мирянин, но со мною — сила Писания, и на вопросы этой Книги я могу найти ответы в ней же самой». Во всяком случае, это было первое, на чем основывались реформаторы.

Таким же был подход к изучению Писания и проповедника, который был хорошо известен в середине прошлого столетия. Его звали Уильям Миллер. В свое время он вызвал немало волнений среди верующих. Он был простым фермером, принадлежал к баптистской Церкви. Однажды наступил в его жизни день, когда он решил, что должен исследовать Библию самостоятельно. Вооружившись симфонией, Миллер приступил к занятиям. Когда ему попадался текст, не сразу поддававшийся пониманию, Миллер обращался к симфонии, чтобы отыскать другие тексты, посвященные тем же понятиям и положениям. Таким образом с помощью Писания он истолковывал само Писание. Подход Миллера к изучению Писания был достойным отражением той позиции, которую когда-то заняли протестанты в дни Реформации. Пробовали ли вы исследовать Библию таким же образом?

Вы спросите, существуют ли сегодня какие-нибудь пособия, которые помогут толковать Писание самим Писанием? Да! Огромную помощь вам окажет симфония.

Откройте симфонию, и вы найдете, где и когда употреблено в Писании слово «а»! Вы можете провести целое исследование, посвященное ему. Честно говоря, я не могу точно сказать, почему составители включили в словарь соответствий это «а». И мне пока не приходила в голову мысль подготовить проповедь, основываясь на слове «а». Но составители были столь неистощимы в своем усердии и столь предусмотрительны, что посчитали необходимым включить в симфонию каждое слово, встречающееся в Писании.

А теперь пришла пора компьютеров. Как-то мне принесли компьютерную программу по Библии. Достаточно нажать клавишу, и за три секунды компьютер прочитывает всю Библию, высвечивая на экране тексты, в которых встречается нужное вам слово или понятие. У нас сегодня есть такие помощники в изучении Писания, что у его первоисследователей голова закружилась бы от счастья. Любой человек, имеющий компьютер, может провести самостоятельное и очень подробное исследование Писания; он может найти абсолютно все тексты, связанные с той темой или понятием, которые интересуют его. И при этом принцип остается прежним: Писание комментируется самим же Писанием.

Приведем пример. Церковь адвентистов седьмого дня приняла доктринальную позицию, которая отличается от представлений остального христианского мира. Речь идет о нашем понимании того, что происходит после того, как человек умирает. Почему мы думаем, что умершие вплоть до самого воскресения находятся в состоянии бессознательного сна? Почему мы не верим, что сразу после смерти человек отправляется или в рай, или в ад? Потому что на заре своей истории наша Церковь определила себя последовательницей исторического протестантизма в том, что касается методов изучения Библии. Исследование вопроса о состоянии после смерти основывалось поэтому на тщательном потекстовом анализе Писания. Если же на первый взгляд какие-либо тексты не могут быть приведены к общему заключению (как, например, история о богатом человеке и Лазаре или слова, обращенные к разбойнику на кресте), то это означает лишь, что нам следует искать лучшего их объяснения. Таков исторически сформировавшийся подход протестантской Церкви к изучению Библии.

Итак, первые протестанты заявили: «Чтобы истолковать Писание, вам нет необходимости обращаться к авторитету пророка, священника или самого папы. Любой мирянин может заняться самостоятельным изучением Библии, и понять ее не представляет большого труда». Но, делая подобное утверждение, они ошибались. Понять Слово Божье очень трудно — для того, кто не пережил рождения свыше. Это единственное исключение, которое мы не хотим оставить без внимания. Но, вероятно, делая свое заявление, первые протестанты полагали, -что каждый, кто слышал их, уже родился свыше и духовно готов к восприятию Писания.

Обратим внимание на следующий текст Священного Писания: «Но мы приняли не духа мира сего, а Духа от Бога, дабы знать дарованное нам от Бога, что и возвещаем не от человеческой мудрости изученными словами, но изученными от Духа Святого, соображая духовное с духовным» (1 Кор. 2:12, 13).

Это важнейший принцип, который нельзя забывать при чтении Библии. В стихе 14 делается существенная оговорка: «Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно». Если в нашей жизни не произойдет чуда, свершаемого Духом Святым, если мы не получим рождения свыше, нам будет невероятно трудно понять Писание, поскольку читать его следует через призму своего духовного возрождения.

Другим общепринятым положением, против которого высказались реформаторы, было утверждение об авторитете большинства. Вопрос о большинстве, поднятый шпейерскими князьями, звучит и сегодня с не меньшей силой. Известно ли вам, что в истории религии большинство почти всегда — если не всегда — оказывалось не право? Никогда не повинуйтесь слепо решениям, которые принимаются большинством. В нашем мире большинство, как правило, всегда идет не в ту сторону. Поэтому при виде того, как большинство единодушно голосует за принятие какого-либо решения, остановитесь. Остановитесь и подвергните предмет обсуждения собственному изучению. Всегда опасно быть в толпе. Всегда опасно следовать за большинством.

Помню, когда я был еще подростком, увидел рекламу, которая гласила: «Пиво "Акме": его пьет каждый!» Текст был написан на фоне снимков: разные люди пили одно и то же пиво "Акме". Мысль была проста: если его пьют все и каждый, то и ты должен делать то же самое. А если все будут прыгать с Бруклинского моста, то и ты прыгай?! Потрясающий аргумент! Рекламодателям, как и тем, кто работает в средствах массовой информации, люди представляются чаще всего пустыми легковерами, этакими бестолковыми овцами, которые бессмысленно толкутся на горных склонах. «Это делает каждый; почему бы не попробовать и тебе?» Чрезвычайно опасный аргумент, особенно когда его пытаются применить к области религиозных отношений. Библия говорит: «Старайся представить себя Богу достойным, делателем неукоризненным, верно преподающим слово истины» (2 Тим. 2:15).

Обратимся к другому важному принципу, на котором должно основываться изучение Писания. Можно с уверенностью сказать, что лучшими моментами исследования Библии являются моменты нашего молитвенного обращения к Богу. Это не просто протестантский подход — молитва при чтении Библии. Проследите земную жизнь Иисуса. Возьмите в качестве примера жизнь великих личностей, о которых говорит Библия, жизнь великих людей, на которых строилась история христианской Церкви. Мартин Лютер, вновь и вновь оказываясь в труднейших ситуациях, по три часа в день пребывал в молитвенном состоянии. Он даже сказал однажды, что каждый раз, когда наступающий день кажется ему столь напряженным, что он не знает, успеет ли он сделать все вовремя, именно в этот день он больше времени уделяет молитве. Другими словами, для него не существовало вопроса: есть у меня время, чтобы молиться? Для Лютера вопрос стоял по-другому: есть ли у меня время, чтобы не молиться? Это была его жизненная позиция, и со времени Реформации, со времени пробуждения Церкви этой позиции неизменно придерживались и придерживаются многие и многие верующие.

Мне хотелось бы назвать и еще один принцип, без которого не обойтись ни в чтении Библии, ни в молитве. Этот принцип заключается в христианском служении и свидетельствовании. Основываясь на всех трех принципах, мы очень скоро придем к осознанию открытости и полнозначности Библии. Наш разум будет открыт для исследований, мы обретем силу, необходимую для познания, и наконец, мы будем обладать тем духовным ведением, отсутствие которого лишает нас истинной жизни.

Протестантская Реформация утвердила и еще один чрезвычайно важный принцип: оправдание по вере. Печально известный Тецель выходил на улицы с барабаном, стараясь привлечь внимание прохожих и затем вынудить их купить индульгенцию. Когда же он добрался до Германии, то обнаружил, что чьими-то усилиями духовный настрой людей изменился: они пытались постичь нечто более возвышенное и исполненное милосердия. Лютер как-то сказал: «Я непременно проделаю дыру в барабане Тецеля». Чем же занимался Тецель? Он пытался заставить людей платить за то, что после их смерти или после смерти их родственников души умерших не попадут в страшное чистилище, а будто бы вознесутся прямо на небеса. Все это основывалось на ложном оценочно-коммерческом принципе: человек может заслужить Божье благоволение или может заплатить за него. Со всей силой своей натуры Лютер восстал против этого насаждавшегося верования.

Оправдание по вере означает, что наше положение перед Богом и наша судьба в вечности не основываются на том, что делаем мы. Все определяется тем, что уже сделал Иисус. Христианин — это тот, кто понимает, что он — Христов. Спасение исходит от праведности Иисуса и никогда — от нашей добропорядочности. Христианин не может рассчитывать, что он попадет в небесное жилище только потому, что он сделал что-то особенное. Точно так же не может он и быть потерян для вечности лишь из-за того, что поступил неправильно. Спасены мы или потеряны — зависит исключительно от нашего отношения к Иисусу. Надо ли говорить, что в дни Реформации такое утверждение было подобно взрыву, пошатнувшему устои религиозной системы.

Протестантом может назвать себя каждый, кто заявляет протест против той системы, которая учит, что человек способен спасти себя собственными делами. При этом не важно, к какой Церкви принадлежит протестующий: католической, иудейской или протестантской. Есть ли место подобному протесту в вашем умонастроении? Размышляли ли вы над этим вопросом?

Протестанты периода Реформации были известны своим мужеством. Рассказы, дошедшие до нас с тех времен, свидетельствуют об одном: они умели сражаться. Они умели отстаивать истину — даже если это стоило им жизни. А в период темного средневековья миллионы мучеников действительно сложили свои головы ради Божественной истины. Вслушайтесь только в слова, которые излучают мужественную уверенность тех людей.

Тиндейл говорил: «Я бросаю вызов папе и всем его законам. И если Господь отпустит мне еще сколько-то лет жизни, я сделаю так, что мальчик, который сегодня идет за плугом, будет знать Писание лучше вас». Воистину эти слова обжигали!

На сейме в Вормсе во время дебатов с Иоанном Экком Лютер сказал замечательные слова: «Простой мирянин, вооруженный силой Писания, гораздо могущественнее, чем самый могущественный папа, не имеющий ее».

Когда Лютер произнес эти слова, Иоанн Экк вскочил на ноги и воскликнул: «Это ересь, Мартин Лютер, это ересь!» На что Лютер вскричал в ответ: «Ересь? Пусть будет так! И все равно это истина!» Затем он добавил:

«Вы можете ожидать от меня чего угодно, но только не бегства или отречения от своих слов. Бегать я не умею и еще хуже умею ловить выпущенные на волю слова». А в своей знаменитой речи, когда он был вызван предстать перед прелатами, Лютер сказал: «На том стою и не могу иначе. Помоги же мне. Боже!»

Вы можете спросить меня: а какой цели вы хотите достичь? Говоря хорошо о протестантах, очернить главу католической Церкви папу? Ничуть. По правде говоря, мне нравится нынешний папа. Но в те дни, когда мрак был так глубок, что люди с трудом пробивались к свету собственной мыслью и просто принимали на веру то, чему их учили, — в те дни эти принципы были необходимы, и они нашли себе дорогу. И сегодня они должны оставаться основополагающими принципами для каждого верующего, будь вы католик, протестант или иудей.

А в заключение я хотел бы заявить о своем протесте протестантам. Я выражаю протест тем протестантам, которые забыли, что основанием их веры является Библия. Я выражаю протест тем протестантам, которые забыли, что Библия сама истолковывает себя и не нуждается ни в каких других толкованиях. Я выражаю протест тем протестантам, которые забыли, что большинство, как правило, не бывает право. Большинство чаще всего идет ложным путем и не имеет никакой силы. Я выражаю протест тем протестантам, которые забыли, что молитва абсолютно необходима при добросовестном изучении Писания. Я выражаю протест тем протестантам, которые давным-давно приняли как должное весть о спасении по благодати Божьей, а не по делам и которые даже не находят нужным лишний раз поразмышлять об этом. Я также выражаю протест тем протестантам, которые становятся «тряпкой», встречая на своем пути то, что может быть угрозой их протестантской позиции.

Выражая протест протестантам, я выражаю протест и самому себе. Кто я такой, чтобы выставить себя напоказ как блистательный пример? Я не образец, но я знаю, каким бы я хотел стать благодаря силе Божьей благодати. А вы это знаете? Вы — протестант? Без всяких натяжек? Знаете ли вы, против чего протестуете? Так давайте же вместе молиться о том, чтобы Господь утвердил наше основание и помог нам твердо знать, почему мы верим именно в то, во что верим.