«БОГ ГОВОРИТ - Я ДУМАЮ» Моррис Венден

Глава 4.
Иисус и пророки

Одно время я нес пасторское служение в студенческом городке. Шел обычный урок субботней школы. За неделю до этого всем студентам раздали вопросники, по которым они должны были готовиться, а для проведения самого урока был назначен учитель. Предметом обсуждения было понятие предопределения.

Студенты начали обсуждать первый вопрос, и один из молодых людей сказал: «Наш преподаватель считает, что все дело в том-то и том-то».

Руководитель занятий поблагодарил: «Хорошая мысль, спасибо».

Урок продолжался, и вскоре другой студент выразил желание сказать несколько слов: «Я думаю, что...» И далее последовали его рассуждения по заданному вопросу.

Руководитель был доволен: «Замечательная идея. Мне никогда не приходило это в голову».

Еще один студент сказал: «В нашем сегодняшнем уроке есть одна интересная цитата. Вот как пишет один из руководителей Церкви...»

Учитель пришел в восторг: «Потрясающая мысль!»

Наконец четвертый студент осмелился процитировать несколько строк из книги «История искупления».

Выслушав его, учитель слегка нахмурился: «Я думаю, нам следует придерживаться Библии и одной только Библии».

Дело происходило в те времена, когда тема о дарах Духа только начинала обсуждаться в адвентистской Церкви. Как вам известно, она рассматривается и по сей день. Должен признаться, что она обсуждалась и обсуждается так много и так часто, что я чувствую себя не совсем уютно, приступая к этому вопросу. Я даже заставлял себя не думать об этой проблеме, но так и не смог перебороть себя. Итак, я постараюсь подойти к этой теме наилучшим из известных мне способов, потому что это то, во что я глубоко и искренне верую. Я с сожалением должен сказать, что знаю многих людей в нашей Церкви, для которых вопрос о дарах Духа остается непонятным и тревожащим.

Реформация выдвинула три важных принципа, о которых мы уже говорили: оправдание верой, священство верующих и принцип Sola Scriptura (только Библия). Но самое интересное заключается в том, что термин Sola Scriptura не является библейским. Вам пришлось бы много потрудиться, доказывая с помощью Библии принцип исключительности Библии. Мартин Лютер даже сделал однажды интересное замечание. Он сказал, что авторитет Писания исключителен до тех пор, пока не будет дано последующее отчетливое и проверенное откровение. Если же мы обратимся к истории и попытаемся выяснить, что было основанием религиозной мысли и религиозных представлений, то мы неизбежно столкнемся с простой констатацией факта: на протяжении двух с половиной тысячелетий после сотворения Адама и Евы человек не знал, что такое Писание. Чем же тогда жили люди? Что определяло их жизнь? Они жили по откровению, которое Господь давал им через пророков и через дары, получаемые Церковью.

Я пробовал доказать принцип Sola Scriptura, основываясь на самой Библии, и обнаружил, что это чрезвычайно трудно. Фактически даже о самом каноне Писания нигде не записано ни строчки! Я не сомневаюсь, что вам известно: многие пророки записывали свои книги в тот период, когда Библия только формировалась как единая Книга. Какие-то из писаний пророков оказались за ее пределами. В самой Библии ни слова не говорится о том, как это произошло. Удивительно, но часть лучших обоснований принципа Sola Scriptura, или единственности авторитета Библии, исходит из небиблейских источников. Один из лучших аргументов в пользу принципа Sola Scriptura (только Библия) как основы нашей веры, нашей догматики и нашей практики мы находим в книге, которая называется «Великая борьба»! Возможно, вы уже читали ее. Итак, если вы стремитесь следовать лишь Библии, принимая лишь эту Книгу в качестве единственного авторитета, то поддержку вы найдете в небиблейской литературе. Интересно, не правда ли?

Какой же смысл вкладывали реформаторы в эти два слова Sola Scriptura — «только Библия»? Значило ли признание этого принципа признание и того, что вне Библии невозможно проявление высшего света? Нет, даже Лютер не был столь категоричен в своих убеждениях. Имелось в виду, что в своих учениях и в своей практической жизни христианина мы должны основываться только на Писании, а не на традициях и поучениях Церкви, тех традициях и поучениях, которые выработаны человеком. Именно к этому призывали реформаторы. Однако сегодня есть немало верующих, которые находят удобным использовать принцип исключительности Библии по другим причинам (не назвать ли их более мелкими?). Sola Scriptura означает для них возможность отказаться от даров Духа и новых откровений, посылаемых

Богом. Им просто не нравится сама мысль об этом. Был извращен и другой принцип, утвержденный Реформацией: принцип священства всех верующих. В период Реформации истинным откровением стало осознание того, что каждый человек может сам вступить в общение с Господом, минуя посредников в лице священника или святого. Сегодня же находятся люди, которые берут идею о священстве всех верующих на вооружение и используют ее как лозунг в борьбе против всякой церковной организации и церковного порядка. Однако вовсе не свержение руководителей Церкви имели в виду наши предшественники.

Если мы живем по Библии и только Слово Божье признаем своим единственным наставником, то нам следует принять и весть о дарах Духа, поскольку она имеет строго библейское обоснование. В Первом послании к Коринфянам (12:1) апостол Павел ясно говорит, что Господь не хочет, чтобы Церковь пренебрегала духовными дарами. Вот какое определение Павел дает в Послании к Ефесянам: «[Иисус! восшед на высоту, пленил плен и дал дары человекам... И Он поставил одних Апостолами, других — пророками, иных — Евангелистами, иных — пастырями и учителями» (4:8, 11).

Большинство из нас видели в своей жизни апостолов, ибо истинный апостол — это тот, кто послан Богом в мир для обращения других. Я с детства помню, как, возвращась домой, миссионеры рассказывали удивительные истории о своем служении. Признаюсь, моей горделивой мечтой в юношестве была мечта о том, как я точно так же буду возвращаться домой из далеких и успешных путешествий. Многим из нас было дано узнать и настоящих евангелистов, и всем нам хорошо известны наши пастыри и учителя. Однако вряд ли кто может похвастать, что хоть когда-то видел пророка. Однажды мне «посчастливилось» увидеть одного из тех, кто называет себя пророком. Он вещал на одной из площадей Нью-Йорка, и общение с ним было далеко не безопасным. Он только что не изрыгал огонь и не извергал лаву!.. Увидеть же настоящего пророка было бы уникальным духовным опытом.

Сейчас все чаще стараются упростить смысл самого понятия «пророк». Пророк, говорят нередко, — это тот, кто несет Слово Божье. Но если взять за основу это определение, то любой проповедник может быть назван пророком. В Библии это понятие гораздо многозначней, и что интересно, на страницах Священного Писания мы находим упоминание о людях, которые названы более чем пророками!

Какую цель имел в виду Господь, для чего Он наделил нас многообразными дарами, включая и дар пророческий? Библия дает ответ на этот вопрос: «К совершению святых, на дело служения, для созидания Тела Христова, доколе все придем в единство веры и познания Сына Божия, в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова» (Еф. 4:12, 13). Обратите особое внимание на стихи 14, 15: «Дабы мы не были более младенцами, колеблющимися и увлекающимися всяким ветром учения, по лукавству человеков, по хитрому искусству обольщения; но истинною любовью все возращали в Того, Который есть глава Христос». У Бога был реальный план, когда Он даровал Своей Церкви эти дары — все пять, включая и дар пророчества. Никто из нас не может сказать, что вошел «в мужа совершенного», что не нуждается более в Божьих дарах. В той же степени, в какой мы нуждались в них ранее, в той же степени мы нуждаемся в них и сегодня!

Я с сожалением убеждаюсь, что до сих пор для очень многих людей миссия Церкви и весть, которую она призвана нести, остаются весьма смутным представлением. Скажу хотя бы, что недавно президент Тихоокеанской конференции в своем выступлении перед служителями Церкви затронул такую проблему: «На сегодняшний день перед нами стоят три главные задачи. Первая: определить, в чем заключается наша миссия. Вторая: понять, что мы в большей степени можем доверять руководству, чем делаем это сейчас. Третье: осознать, что наша Церковь нуждается в пробуждении и оживлении».

Никогда ранее не испытывали мы такой потребности в Божьих дарах, как сегодня! Вы согласны?

Итак, духовные дары — это то, о чем говорит Библия. И если вы верите в исключительный авторитет Писания, то вы не можете не признать и вести о духовных дарах. Все данные Богом дары, включая и дар пророчества, имеют твердую библейскую основу.

В период после Реформации зазвучали сразу сотни голосов, каждый из которых по-своему толковал Библию. Это привело к тому, что на сегодняшний день мы имеем сотни деноминации, и количество их продолжает умножаться. При этом каждая из Церквей несет перед собой, как знамя, принцип Sola Scriptura.

Как разобраться в этой ситуации, когда сталкиваются разные мнения, противопоставляются выводы, каждый из которых, как утверждается, базируется исключительно на Библии? Здесь очень уместно вспомнить уже процитированный текст: «Дабы мы не были более младенцами... увлекающимися всяким ветром учения» (Еф. 4:14). У Бога был особый план, когда он наделял Своих избранных даром пророчества. Это дар, силой которого должна быть ведома Церковь и силой которого Церковь должна возрастать в единстве. Обратили ли вы внимание на такой интересный факт из истории как христианской Церкви, так и ветхозаветных времен: пророческие голоса звучали тогда, когда Церковь была близка Богу; когда же народ удалялся от своего Творца, эти голоса умолкали. Значительный факт, не правда ли? Были, разумеется, и исключения, скажем, Илия, который призывал к покаянию весь народ. Но в целом, что касается дара пророчества, которым наделялся Божий народ, существовала определенная зависимость осуществления этого дара от близости или удаленности людей от Бога. Иногда мы заявляем, что адвентистская Церковь обладает даром пророчества. Нет, его у нас нет. Когда-то мы действительно обладали этим даром, но не сейчас. А ведь дар пророчества.— это то, что должно осуществляться в настоящем времени, а не быть лишь фактом истории. Стоит серьезно задуматься об этом. Это библейская истина. И отсутствие даров — всех даров — действительно говорит нам кое-что о необходимости возрождения Церкви.

В чем же смысл дара пророчества как такового? Можно ли выразить его в нескольких словах? Одно из замечательных назначений дара пророчества заключается в том, чтобы, приняв во внимание различные толкования Писания, помочь разобраться в истинности или ошибочности многочисленных комментариев. Как-то я услышал интересное определение: Дух Пророчества — это судья. Когда один человек тщательно исследует Писание, стремясь извлечь из него истину, и другой человек делает это с не меньшим усердием, а в результате они не могут прийти к единому мнению, тогда Господь через Своего пророка ставит печать, которой удостоверяет: «Истина здесь».

Пророческий дар дается не для того, чтобы вводить какую-то новую истину; он дается для того, чтобы очистить истину вечную от наносного, временного, чтобы пролить свет на истину, которая изначально существует в этом мире. Назначение даров заключается в том, чтобы научать пониманию, подтверждать, прояснять, объяснять, иногда предостерегать, иногда просвещать, иногда утешать. И за всеми этими дарами стоит Дух, Который стремится укрепить тело Христово, Свою Церковь.

Пророки всегда только несли свет, освещая дорогу к вечному солнцу истины. Сами они никогда не были изначальным светом, они никогда не стояли над Библией. Но они всегда стояли в ее истине.

В дни земной жизни Христа был известен один из величайших пророков. На его примере можно проследить взаимосвязь Иисуса с пророками. Вспомним тяжелейший день Его жизни. Всего несколько часов отделяло Его от крестной смерти. Уже увели Его из Гефсиманского сада, уже приводили на суд к Анне и Каиафе, уже приводили Его к Пилату, и вот теперь Он стоял перед Иродом. «Ирод, увидев Иисуса, очень обрадовался, ибо давно желал видеть Его, потому что много слышал о Нем и надеялся увидеть от Него какое-нибудь чудо, и предлагал Ему многие вопросы, но Он ничего не отвечал ему» (Лк. 23:8, 9).

Приходилось ли вам когда-нибудь испытать на себе, что это такое, когда вас не удостаивают ни единым словом? Как вы себя чувствовали при этом? Иисус «ничего не отвечал ему». Кем был Ирод? Это был тот человек, который сам ничего не ответил на призыв Иоанна Крестителя и, больше того, заставил навеки замолчать его. Иисус сказал о Крестителе: «Из рожденных женами не восставал больший Иоанна Крестителя» (Мф. 11:11). И вот Ирод, потеряв всякий рассудок на пьяной пирушке, дал необдуманное обещание и обезглавил Иоанна. Когда я прочитал, как Иисус, стоя перед Иродом, ни слова не ответил ему, я сказал себе: «Отлично! Так и должно быть! Пусть-ка он вот так постоит перед Тобой, Господи. Пусть каждый Твой взгляд будет для него как кинжал. Пусть гримаса презрения исказит Твой лик. Стисни зубы. Господи, но не говори этому человеку ни слова. Убей его Своим молчанием. Он заслуживает этого!» По крайней мере, я бы так поступил.

Но дело в том, что, придя умереть за каждого человека, Иисус пришел умереть и за Ирода. Поэтому сцена, которую я себе нафантазировал, абсолютно не соответствует действительности. Не будем искать даже тени неприязни в глазах Иисуса — увидим в них слезы, почувствуем, как перехватило у Него горло при виде человека, который был сотворен для вечной жизни, но добровольно отверг ее. Своим молчанием Иисус сказал Ироду: «Ты отказался услышать голос Моего пророка, и теперь Я ничего не могу сделать для тебя. Ты не дал звучать словам пророчества, и потому никакой другой голос и никакие другие слова не помогут тебе». Отвечая Ироду молчанием, Иисус не демонстрировал тем самым свое презрение или гнев по отношению к царю, нет! Просто говорить что-либо было уже бессмысленно.

Иоанн Креститель был больше, чем пророк. По крайней мере дважды в Священном Писании встречается такое определение Божьего избранника. В Евангелии от Матфея (11:9) читаем, что Иисус, говоря о Крестителе, сказал, что он «больше пророка», и в следующем стихе (10) назвал его Своим Ангелом, Божьим Ангелом. Более того, Иисус говорит затем, что Иоанн Креститель есть исполнение обетования об Илие, «которому должно прийти» (ст. 14). В последней книге Ветхого Завета, в Книге Малахии, дается пророчество о том, что «пред наступлением дня Господня, великого и страшного», вернется пророк Илия. Частичным исполнением этого обетования стало служение Иоанна Крестителя, полностью же пророчество будет исполнено, согласно Малахии, перед самым пришествием Христа. Поэтому если вы услышите о ком-то, что он больше пророка, что он есть истинный посланник Божий, что он свет меньший, который ведет к свету большему, обратите на этого человека особое внимание.

Иоанн Креститель был светом меньшим. Увидев Иисуса, идущего принять крещение в Иордане, Иоанн сказал: «Я недостоин развязать Твою обувь! Мне надобно креститься от Тебя». Позже, когда служение Иисуса становилось все более известным, Иоанн сказал: «Ему должно расти, а мне. умаляться» (Ин. 3:30). Иоанн Креститель, являясь исполнением обетования об Илие, был светом меньшим, который вел людей к свету большему.

А теперь вернемся в ветхозаветные времена. В Библии рассказывается еще об одном человеке, который был больше, чем пророк.

Книга Чисел, глава 12: «И упрекали Мариам и Аарон Моисея... и сказали: одному ли Моисею говорил Господь? не говорил ли Он и нам? И услышал сие Господь. Моисей же был человек кротчайший из всех людей на земле.

И сказал 1осподь внезапно Моисею и Аарону и Мариами: выйдите вы трое к скинии собрания. И вышли все трое. И сошел Господь в облачном столбе, и стал у входа скинии, и позвал Аарона и Мариам, и вышли они оба. И сказал: слушайте слова Мои: если бывает у вас пророк Господень, то Я открываюсь ему в видении, во сне говорю с ним; но не так с рабом Моим Моисеем, — он верен во всем дому Моем. Устами к устам Я говорю с ним».

(Совершенно очевидно, что Господь почитал Моисея более, чем пророком.)

И далее Господь сказал Аарону и Мариами: «Как же вы не убоялись упрекать раба Моего, Моисея? И воспламенился гнев Господа на них, и Он отошел. И облако отошло от скинии, и вот, Мариам покрылась проказою, как снегом. Аарон взглянул на Мариам, и вот, она в проказе. И сказал Аарон Моисею: господин мой! не поставь нам в грех, что мы поступили глупо и согрешили; не попусти, чтоб она была как мертворожденный младенец... И возопил Моисей к Господу, говоря: Боже! исцели ее! И сказал Господь Моисею: если бы отец ее плюнул ей в лицо, то не должна ли была бы она стыдиться семь дней? итак пусть будет она в заключении семь дней вне стана, а после опять возвратится. И пробыла Мариам в заключении вне стана семь дней, и народ не отправлялся в путь, доколе не возвратилась Мариам».

Это один из тяжелейших эпизодов, описанных в Ветхом Завете. Из-за чего, вернее, из-за кого возникла вся эта страшная ситуация? Как видим, из-за человека, который не устрашился высказаться против Божьего избранника. В те дни, когда пророков было больше, чем в наше время, выступить против них было делом дерзким и неслыханным. Тем более кощунственным было распоряжение Ирода обезглавить Иоанна Крестителя. Неудивительно, что Иисус стоял перед царем Иудеи в молчании. Когда Ирод отказался слушать Иоанна, он тем самым отказался слушать и Иисуса.

Из этого мы можем сделать единственный вывод: тот, кто отвергает пророка, рано или поздно отвергнет и Христа. Мы должны принять это как аксиому. Библия недвусмысленно дает нам понять: наше отношение к пророкам — это наше отношение к Иисусу.

В дни земной жизни Христа верующие находились в плену многих и многих ложных представлений. Иисус открыто называл книжников лицемерами, обличая их:

«Таким образом вы сами против себя свидетельствуете, что вы сыновья тех, которые избили пророков; дополняйте же меру отцов ваших. Змии, порождения ехиднины! как убежите вы от осуждения в геенну?» (Мф. 23:31—33).

Резкие для Иисуса слова, не правда ли? Но и за ними стоят слезы о нераскаявшихся.

В 7-й главе Книги Деяния Апостолов мы читаем трагическую историю Стефана, которого принято считать первым христианским мучеником. Но у меня есть другое мнение: я думаю, что первым христианским мучеником был Иоанн Креститель. А может быть, им можно назвать и Авеля. Но в раннехристианской Церкви Стефан был действительно первым, кто пострадал за Иисуса. Он стоял перед своими мучителями, обращаясь к ним со словом Божьим, но, видя полное непонимание, оборвал свою проповедь словами: «Кого из пророков не гнали отцы ваши?» (Деян. 7:52). Этого обличения судившие его уже не выдержали. «Они рвались сердцами... и скрежетали на него зубами... И, выведя за город, стали побивать его камнями».

В главе 16 Евангелия от Луки мы читаем рассказанную Иисусом притчу о Лазаре и богатом человеке. Богач умолял: пусть его братьям будет рассказано, какие муки он переносит в аду, чтобы братья пошли по пути истины. Что же сказал Иисус? «Если Моисея и пророков не слушают, то, если бы кто и из мертвых воскрес, не поверят» (Лк. 16:31). Вновь мы находим здесь подтверждение библейского принципа: для тех, кто отвернулся от Духа Пророчества, и Сам Господь ничего не может сделать.

Иисус открыто говорил о Своем уважении к пророческому слову. «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков», — записано в Евангелии от Матфея 5:17. В другом Евангелии — от Луки — мы читаем, как Иисус, придя в свой родной город, «вошел в синагогу и встал читать... книгу пророка Исаии». После чтения Иисус сказал: «Ныне исполнилось писание сие, слышанное вами» (4:21). В ответ на это разъяренные книжники попытались сбросить Его с вершины горы. Иисус помнил и читал тексты не только из Книги Исаии, но и из книг Даниила, Ионы и Моисея. Оплакивая судьбу Иерусалима, Иисус горько восклицал: «Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе!» (Мф. 23:37). Нет никаких сомнений, что Иисус с почтением и безусловным вниманием относился к дару пророчества и всегда был на стороне носителей этого высокого дара.

Утром, в день Своего воскресения, Иисус встретил двух человек, которые не могли объяснить ни смерти Христа, ни то, как тело Его исчезло из гробницы. Тогда Иисус «изъяснил им сказанное о Нем», «начав от Моисея, из всех пророков» (Лк. 24:27). Иисус неустанно предостерегал от следования «заповедям человеческим» (см. Мф. 15:9). Он открыто говорил об этом народу, и, когда Его ученики сказали: «Знаешь ли, что фарисеи, услышавши слово сие, соблазнились?». Он ответил: «Оставьте их, они — слепые». И далее Иисус рассказал самую короткую из Своих притч: «Если слепой ведет слепого, то оба упадут в яму». (Мф. 15:12—14). Итак, чего не хватало слышавшим Иисуса людям? Им не хватало зрения. Они потеряли истинное видение. Помните, в Первом послании к Коринфянам Церковь сравнивается с телом (12:16, 17)? Там же говорится и о глазах. Это мне, кстати, напомнило, как еще именовали пророков в ветхозаветные времена. Их называли «прозорливцами» (см., например, 1 Цар. 9:9). Помню, ребенком я все гадал, что может значить это слово? Я не понимал тогда, что речь идет о глазах Церкви, о том, что делает ее зоркой. Именно через дар пророчества Господь помогает Своему народу видеть жизнь в истинном свете. И когда в дни Христа люди демонстрировали свою духовную слепоту, они тем самым признавали, что, сами того не желая, они отвернулись от пророков и отвергли дар пророчества.

Я умышленно не называю никаких имен. Я просто обращаюсь к тем, кто хорошо изучил Библию: если вы согласны с тем, что Библия говорит о тех дарах, которыми Господь наделяет Свою Церковь, тогда вы должны принять и признать дар пророчества. Как видите, все очень просто! И это означает, что принцип Sola Scriptura не является библейским, поскольку Sola Scriptura ведет- нас к пророкам. Но самое замечательное то, что пророки, если, конечно, это истинные пророки, ведут нас обратно к Библии!

Я услышал как-то историю об одном человеке, который отправился в картинную галерею. Известнейшие работы живописцев были выставлены на обозрение, и когда их взялся обозревать тот человек, он сказал своему приятелю: «Говорят, одна только эта ерунда стоит миллионы долларов. А я за все вместе взятое не дал бы и цента».

Рядом стоял служитель музея. Услышав подобные комментарии, он подошел к человеку и, похлопав его по плечу, сказал: «Сэр, эти картины здесь не для того, чтобы вы судили их, а для того, чтобы они судили вас».

По-моему, эта история — неплохая иллюстрация к тому, о чем мы говорили в этой главе. Вам может показаться в какой-то момент, что дар пророчества следует подвергнуть суду; но помните, что это нас подвергают суду. Это нас с вами спрашивают о нашем отношении к Божественным установлениям и Божественному авторитету.

Можно было бы написать целую книгу о пророках и пророчествах, но, пожалуй, на этом я остановлюсь. Но когда мы размышляем над тем, что является основанием нашей веры и наших поступков, ни в коем случае не упустим из виду один из величайших даров, которые когда-либо имела Церковь. И напоследок возьмусь повторить: ваше отношение к пророкам показывает и ваше отношение к Иисусу. Примите это как непреложный факт.