«Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости, банею возрождения и обновления Святым Духом, Которого излил на нас обильно через Иисуса Христа, Спасителя нашего, чтобы, оправдавшись Его благодатью, мы по упованию соделались наследниками вечной жизни» (Тит. 3:5—7).
Эта история началась и окончилась в
благотворительной больнице — прямо в реанимации. Имя пациента было Вениамин
Попытка. Он пытался быть христианином. Он пытался быть хорошим. Он пытался верить,
иметь веру, прорваться к ней. Но все казалось бесполезным, и у него не осталось
надежды. Он лежал, распластавшись на спине, и жить ему оставалось всего несколько
кратких часов. И потому для него каждое мгновение было бесценным. Пациент понимал,
что это время дано ему взаймы. Рядом с ним не было никого, кто помог бы ему
подготовиться к вечности, кроме трех весьма религиозных сестер Вениамина. Все
они были истинными христианками. Каждая явилась, чтобы успокоить и утешить своего
дорогого брата в этот трагический момент, исполненный опасности и печали. Возможно,
они сумеют помочь ему вырваться из оков неверия — до того, как станет уже слишком
поздно. Сейчас все три женщины сидели в приемной и ждали, когда им позволено
будет увидеться с умирающим братом.
Сиделка шепотом вызвала одну из сестер, Туманность. Сестра тихонько последовала
за безмолвной фигурой в белом халате, выслушав предупреждение о том, что у нее
в распоряжении не более трех минут. Сидя рядом со своим дорогим, но отчаявшимся
братом и глядя в его глаза, она понимала, что тот оставил и Бога, и надежду.
Он схватил ее за руку и застонал: «Пожалуйста, сестричка, помоги мне сбросить
оковы греха... у меня... не так много времени... Помоги мне поверить... пожалуйста,
помоги мне!»
Чем она могла ему помочь? Что сказать? Она глубоко вздохнула и начала говорить:
— Веня! Послушай меня, Веня! Ты должен как можно быстрее отдать свое сердце
Иисусу.
Брат непонимающим взглядом смотрел на нее. Он с трудом приложил руку к сердцу
и выглядел смущенным.
— Ты должен протянуть руку и пожать руку Христа, а затем пригласить Его в свое
сердце. Ты должен принять Агнца и подчинить Ему свою волю.
Вениамин выглядел озадаченным, и сестра продолжала:
— Ты должен упасть на скалу и распять своё "я".
Вениамин напряженно вслушивался в каждое слово.
— Ты должен смириться, раскаяться в своих грехах, а затем добровольно принять
Его одежду праведности. Это — твое покрывало, твои брачные одежды. Они твои,
Веня, если ты раскаешься и уверуешь.
Капельки пота катились по усталому, измученному лицу умирающего. Он откинулся
на подушки и безнадежным взглядом уставился в потолок. Скорбный вздох сорвался
с его губ, и он задрожал всем телом от отчаяния. Вошла сиделка и прошептала:
— Сестра Туманность, ваше время истекло.
Вторая сестра, Конкретность прошествовала в комнату брата и присела у кровати.
Не дожидаясь, пока она что-нибудь скажет, Вениамин устремил на нее отчаянный
взор и с огромным усилием выдавил из себя:
— О, сестричка, пожалуйста, помоги мне... Помоги мне поверить... Я пытался...
сбросить оковы... но я не могу... не могу...
Она осмотрелась и взглянула ему в лицо. На нем отражались боль и сердечные муки.
Сестра взяла дрожащую руку умирающего в свои ладони:
— Веня, я могу рассказать тебе лишь то, что Библия говорит о людях, которые
попадут на небеса. Их поведение, безусловно, противоположно тому, какое мы встречаем
повсюду в мире. Если ты хочешь попасть на небеса... что же, все зависит от тебя.
Но, желая обрести надежду и стать христианином, ты должен в первую очередь раскаяться
в своих грехах и отречься от старой жизни — жизни, полной безнравственности
и эгоизма. Твои привычки, твое поведение и слова должны полностью измениться.
А ты пытаешься уклониться. Это большое зло. Это плохо. Я должна сказать тебе
правду: ты должен отказаться от азартных игр, бросить курить и пить, перестать
ходить в эти ужасные бары и ночные клубы. Изменить свои привычки. Не иметь дел
со старыми дружками. Завести хороших друзей. Сбросить лишний вес. Отказаться
от обильной пищи. Превратить свое тело в достойный сосуд для Господа. Допускать
в свою душу только хорошие, возвышающие и облагораживающие тебя мысли, которые
должны заполнить твой разум. Прекратить читать эти отвратительные журналы и
пустые книги, а вместо этого читать Библию. Заполнить свой разум тем, что чисто
и красиво. Обитать среди небесных высот. Любить Господа и возненавидеть грех
насколько это возможно и... и... Веня!.. Веня!.. Ты слушаешь меня?.. Веня?..
С тобой все в порядке? Сестра! Сестра!
Вениамин задыхался. Он кашлял и захлебывался слюной. Сиделка быстро проверила
его пульс.
— Он умирает. Будьте добры, не могли бы вы подождать за дверью?
Минутой позже сиделка подошла к последней из женщин.
— Вы еще одна сестра Вениамина? — спросила она.
— Да, это так.
— У вас мало времени, — сиделка запнулась, а потом добавила, — И у него тоже.
— Я поняла, сестра. Благодарю вас от всей души.
Сидя рядом с дорогим братом, сестра Вера во Христе взяла его руку в свои ладони
и тихонько помолилась о том, чтобы ее слова стали спасительными в жизни бедняги
Вениамина, ее потерянного, заблудившегося младшего братишки. Она с надеждой
и мужеством взглянула ему в глаза и сказала:
— Веня, ты готов умереть?
— Нет... Я не готов к этому... Сестричка... но я пытался подготовиться... Я...
пытался сбросить оковы... Я пытался поверить, сестричка... — его лицо исказилось
и он зарыдал, всхлипывая и качая головой. — Но все без толку... Я просто не
могу обрести веру... Я не могу сбросить оковы. Я старался так сильно, как мог,
но толку нет... толку нет...
Он лежал неподвижно, а Вера наклонилась к нему и зашептала на ухо:
— Мой дорогой брат Веня, я понимаю твое отчаяние. Не можешь ли ты успокоиться
на несколько минут? Просто тихонько лежи и слушай. Только слушай — и это все,
о чем я тебя прошу.
Как только Вениамин затих, Вера заговорила. Она не требовала от него, чтобы
он еще больше старался обрести веру; напротив, она уверила его в том, как сильно
Бог Отец возлюбил его в Иисусе Христе. Она открывала ему благую и радостную
весть.
— Веня, — сказала она, — когда ты еще был Его врагом, Отец любил тебя и избрал
тебя, чтобы ты был с Ним на небе. Он не пожалел для тебя не только жизни Своего
единственного Сына. Все небо было опустошено и принесено в жертву ради тебя.
В даре Иисуса, Сына Своего, Он отдал всю собранную и накопленную за долгие годы
любовь и благополучие вечности. И ты был искуплен, прощен и принят во Христе.
Две тысячи лет назад, когда исполнилась полнота времени, Бог Сын, твой Спаситель
Иисус, покинул небо, потому что вся его слава и величие были немилы ему, пока
ты был потерян. Он — Тот, кому служили и поклонялись ангелы, оставил свое положение
и небесный престол, чтобы прийти на эту темную планету под названием Земля.
И в назначенный на небесах час Он родился в пещере — ради тебя, Веня. Он вырос
и жил в страданиях; Он испытал стыд и унижение, когда был отвержен всеми, ради
того, чтобы ты мог быть принят Господом. Ради твоего спасения он стал бедным
— так, чтобы через Его нищету ты обогатился. Он прошел тот путь, которого заслуживаешь
ты, — ради того, чтобы ты мог пройти путем, которого заслуживает Он. Он принял
терновый венец, чтобы ты мог принять венец жизни. Он умер за тебя, и теперь
Он предлагает тебе взять на Себя твои грехи и принять Его как твоего Спасителя;
и, какой бы грешной ни была твоя жизнь, ради Него ты будешь принят в число праведников.
Твой характер уступит место характеру Христа, и ты предстанешь пред Богом, словно
и не грешил. Более того, Христос изменит твое сердце и наполнит его верой.
Вениамин выслушал евангельскую весть, и вера зажглась в его сердце. Святой Дух
осветил его разум, и он увидел, что принят, потому что он был принят Иисусом.
Умирающий увидел, что Бог благосклонен к нему, потому что Он был благосклонен
к Иисусу. — «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мф.
3:17). Вениамин понял простую истину, заключающуюся в том, что Иисус — его личный
представитель на небе, оправдывающий его пред Отцом. Он осознал теперь, что
не нужно спрашивать: «Примет ли меня Бог?», но в свете Благой вести нужно обратиться
к самому себе: «Принимаю ли я тот факт, что я принят и прощен?» Он сделал поразительное
открытие: сам факт того, что он является грешником, дает ему право прийти к
Иисусу. Теперь больше не было вопросов, не существовало никаких сомнений. Дух
Святой просветил его разум, и шаг за шагом разрозненные звенья в цепи очевидных
истин соединились в одно целое. В Иисусе, израненном, осмеянном и пригвожденном
ко кресту, он увидел Агнца Божьего, Который взял на Себя грех мира. Надежда
наполнила душу несчастного. Чувство благодарности к Иисусу согрело его сердце,
слезы потекли по его щекам. Он смягчился и покорился Богу. Внезапно улыбка преобразила
его лицо, и Вениамин Попытка прошептал:
— Я понимаю... Я понял, что это... было... ради меня. Я принимаю это. Я верю
в это.
Это были последние слова помилованного в милосердии Божьем. Но их было достаточно.
Вера в Христа и Благая весть принесли ему мир и надежду.
Билл Грэйвсток