СПУСКОВОЙ МЕХАНИЗМ В АТОМЕ

Огненный шар, подобно полыхающему сгустку, отделяющемуся от самой горячей звезды! Из этого раскаленного осколка появился новый хрупкий мир — мир, который может быть расколот, разорван на куски и изломлен своей собственной силой, но вместе с тем, мир, который способен найти в расщепленном атоме «пусковой механизм» для своей веры!
Сегодня, когда облака несколько рассеялись, когда их радиоактивные частицы, промчавшись над головами изумленных, томимых неизвестностью людей, скрылись из виду, мы видим на фоне этих облаков Книгу — Книгу веков, некогда подвергаемую сомнениям, считавшуюся устаревшей, но теперь навсегда реабилитированную атомом!
Атом! Невиданный гигант нашего века! И все же настолько малый, что головка булавки состоит из миллиардов и миллиардов атомов. Настолько малый, что, если его сравнить с Землей, то он оказался бы меньше апельсина.
Если астроном, с одной сторона, имеет дело с бесконечным космическим пространством, наблюдая за светящимися созвездиями бесчисленных галактик, таких громадных, таких сложных, таких упорядоченных и таких удаленных, что человеком овладевает благоговение и трепет, то ученый, с другой стороны, имеющий отношение к ядерной физике, с удивлением и почтительностью наблюдает за фантастическим действием самого крошечного из всех творений Божьих. Он в благоговейном трепете застывает перед этими строительными блоками, из которых сложена вся Вселенная, перед этим запасом энергии, составляющим действительную силу и могущество Бога! И все это скрывается в крошечном атоме!
«Но чем, — спросит кто-то, — чем маленький атом может подтвердить правоту Библии? Разве наука и Священное Писание не находятся в непримиримых отношениях?»
Именно так многие думали и веками убеждали в этом своих современников. Но в наши дни произошли глубочайшие перемены в человеческом мышлении, которые оказывают влияние на веру, и эти перемены нужно знать каждому из нас. Действительно, знакомясь с литературой, рожденной нашим атомным веком, поражаешься тому, что современные писатели, описывая события наших дней, вынуждены обращаться к Книге Библий, завершенной около восемнадцати веков назад. В этой древней Книге — не в трудах философов, не в литературе Востока, не у Эмерсона, Браунинга или Попа, — только в ней можно найти единственно верные слова, описывающие ни с чем не сравнимый атомный век.
Исследуя длительное время тайны Вселенной, невозможно не встретиться лицом к лицу с Творцом и творением — старинным, «вышедшим из моды» понятием. Следует, кстати, сказать, что в божественное творение некоторые исследователи не верят. Но многие из наиболее проницательных умов, соприкасаясь с силами природы, приходят к выводу, что библейское представление о Боге, благодаря которому существует вся природа, в конце концов не лишено разумного смысла и вполне научно.
Однажды я проповедовал на подобную тему со сцены старого лондонского Столл-театра. Рядом со мной стоял Франк Джеффрис, член королевского Астрономического общества, астроном, ученый, математик, в чью обязанность входило определение точного времени в известном во всем мире старом Гринвиче. Представьте себе сидящих в глубоком молчании слушателей и этого спокойного, вдумчивого ученого, излагавшего свои убеждения....
«Друзья, — говорил он, — во все века, вплоть до ваших дней, величайшие мыслители терпели поражения, пытаясь придумать объяснение тому, как и когда начала существовать наша земля. Какую бы теорию» они ни развивали, рано или поздно приходилось сталкиваться вплотную с вопросом о Первопричине, решить который они никак не могли. В поисках первопричины они все время спотыкались, увлекая за собой миллионы. И в течение всего этого времени, терпелив выжидая, — не обратятся ли к Нему и не взглянут ли Ему в лицо, — рядом с ними Творец, Первопричина всего, Господь Бог Неба и Земли!»
Не вызывает ли это в нашей памяти слова, записанные на первой странице Библии: «В начале сотворил Бог...»?
И нет другого места, которое сказало бы о «начале». Ведь в крепости этого маленького чуда — атома — скрывается энергия Вселенной. Вокруг ядра атома постоянно вращаются электроны, подчиняясь законам, которые мы открываем только сейчас. Они движутся с такой же скоростью и математической точностью, как и звезды над нами. Сэр Джеймс Джине, физик и астроном, сказал: «Кажется Вселенная была спроектирована чисто математически».
Для человека Вселенная долгое время оставалась тайной за семью печатями. В то время, когда он знал так мало о ней, было, пожалуй, естественным создавать свои теории о ее происхождении. Люди, незнакомые с божественным откровением, имеющие узкий кругозор, несколько столетий назад могли верить, что земля квадратная и поддерживается снизу мифическими гигантами. Даже сто лет назад люди с поразительным легкомыслием пренебрегали Творцом. Ведь человек так мало знал и Его творении!
А затем наступил этот удивительный XX век И все изменилось!
В последний год первой мировой войны произошел такой случай. Известному английскому ученому Эрнесту Резерфорду сделали выговор за то, что он не пришел на заседание комитета. Без всякого смущения он парировал: «Успокойтесь, пожалуйста! Я проводил эксперимент, связанный с возможностью искусственного расщепления атома. Если он подтвердится, то это будет значительно важнее, чем война».
В 1927 году одному из двух молодых студентов во время прогулки близ Гёттингена пришла мысль, что источником солнечной энергии является термоядерная реакция, то есть реакция соединения атомов. Эта идея легла в основу создания водородной бомбы.
Наступили тридцатые годы. Казалось, все ученые были увлечены одной идеей: «Как устроена Вселенная? По какому принципу она действует? В 1932 году Джеймс Чедвик открыл нейтрон, и это открытие послужило ключом к расщеплению атома.
Прошло еще семь решающих лет, прежде чем физики осознали значение нейтрона. За эти семь лет с помощью нейтронов был расщеплен атом в Париже, Кембридже, Риме, Цюрихе, в Берлине. И никто даже не подозревал об этом. Ученые просто отказывались верить показаниям приборов. Это казалось слишком невероятным и фантастичным!
Один из студентов Энрико Ферми объяснял этот факт следующим образом: «Бог, исходя из Своих таинственных соображений, сделал в это время всех слепыми к феноменальному явлению расщепления атома».
Правда, решающий час еще не пришел. Но Бог больше не желал держать человека в неведении, ограничивать его стремления. Двадцать пять столетий назад Творец повелел Своему пророку: «Запечатай книгу сию до последнего времени»... и тогда «умножится ведение» (Дан. 12:4).
Трудно сказать, кто первым расщепил атом. Казалось, целая плеяда ученых — Резерфорд, Ферми, Жолио-Кюри, Фриш, Сцилард и многие другие — одновременно приблизились к этой цели. И когда она была достигнута, они в страхе взирали на то, что сделали. Один из них сказал: «Единственное, чем я могу доказать, что новая идея имеет действительно важное значение, это чувство страха, которое овладело мной».
Затем была создана бомба, И многие из тех, кто ее создавал, совершенно не подозревали о том, что из этого выйдет. Не подозревали до того знаменательного утра, когда в Лос-Аламосе произошло первое испытание атомной бомбы. Даже ученые не осознавали огромного значения того, что они сделали, пока перед их взорами не предстала поверхность земли, освещенная ослепительным светом, и до их слуха не донесся ужасающий грохот. Генерал Фарелл сказал об этом следующее: «Взрыв... вызвал в нас такое ощущение, что мы, тщедушные творения, совершили богохульство, осмелившись прикоснуться к силам, доныне являвшимся тайнами Всемогущего».
Рассказывают, что Оппенгеймер в момент взрыва прижался к одной из опор в контрольном помещении. Когда он так стоял, охваченный страхом, в его памяти вспыхнули строчки из Бхагавад Гиты — «священного эпоса хинди»:
Если бы свет тысячи солнц
Явил свою силу в небе,
Это могло бы быть подобным
Великолепию Всемогущего...
Мог ли кто-нибудь в тот день усомниться в существовании Творца?
Я не ученый в области ядерной физики. Однако как и другие исследователи Слова Божьего, я был сильно увлечен достижениями ядерной физики, которые укрепили мою веру в Священное Писание. И я могу сказать следующее: «Когда человек начинает познавать открытия нашего атомного века, он неизбежно попадает в самый центр непостижимой тайны, тайны, свидетельствующей каждому человеку: «ТВОРЕЦ ЕСТЬ!»
Альберт Эйнштейн пришел к выводу, что расщепление атома, по сути дела, — это процесс творения, но только в обратном порядке. При этом освобождается энергия, заложенная самим Творцом. Эти примеры наглядно показывают, как захватывающие открытия способствуют укреплению веры в свидетельства Священного Писания о творении. Ведь если человек смог перевести материю из состояния вещества в состояние энергии, разве не мог Творец перевести энергию в вещество?
Сейчас есть возможность не просто верить — в общественном смысле слова, — но, пусть смутно, понимать, каким именно образом творил Бог: «Словом Господа сотворены небеса, и Духом уст Его — все воинство их. Ибо Он сказал, — и сделалось; Он повелел, — и явилось» (Пс. 32:6, 9).
Крошечный атом заставил человека заново осмыслить эти и подобные им слова. Собственно тайна атома заключается не в его громадной силе. И не в его расщеплении. В значительной степени тайна атома, с которой столкнулась современная ядерная физика, заключается в проблеме: почему атом не распадается сам по себе. В соответствии с научными знаниями это должно происходить. Но не происходит.
«Очевидно, — заключает Генри Тейлор, — атом сохраняется как единое целое какой-то, еще неизвестной силой во Вселенной. Если бы не было этой силы, противодействующей распаду атома на части, наше тело, да и вся Вселенная, предоставленные самим себе, разлетелись бы на куски».
Такие выводы вполне соответствуют словам апостола Павла: «Ибо Им создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое... Все Им и для Него создано; и Он есть прежде всего, и все Им стоит» (Кол. 1:16-17).
Здесь апостол предлагает нам четкое определение того, как на самом деле создавалась материя, как происходила невообразимая трансформация — превращения энергии в предметы, в людей, в землю, которая нам знакома более всего остального. Не определяет ли здесь апостол Павел ту таинственную силу, которая сохраняет атом от распада на части?
«Все Им стоит» или, как это значится в оригинале, на древнегреческом языке, «держится вместе, связано». Очевидно, что этим космическим «соединяющим веществом», удерживающим Вселенную от распада, является не что иное, как сила вечного Бога!
«В начале сотворил Бог небо и землю». ТВОРЕЦ ЕСТЬ. И если вы будете внимательно следить за ходом наших рассуждений, то убедитесь, что Творец нашего мира — не кто иной, как Тот, Кто отдал Свою жизнь за него. Первая, глава Евангелия от Иоанна описывает Господа Иисуса Христа как существующего от дней вечных: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог... Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть... В мире был, и мир чрез Него начал быть...» (Иоан. 1:1, 8, 10).
Эти слова бесспорно относятся к Господу Иисусу Христу, вашему и моему Спасителю, но относятся к Нему как к Творцу и Вседержителю. В Посланий к евреям (1:1-2) сказано: «Бог... в последние дни сии говорил нам в Сыне... чрез которого веки сотворил». А в Послании к Ефесянам (3:9) сказано, что Бог создал все Иисусом Христом.
Здесь не должно быть никаких разночтений. Писания открывают одну ясную, последовательную истину: наш мир создан Творцом и этим Творцом является Иисус Христос, и Он не только создал наш мир, но Он и поддерживает его существование.
Эти ясные утверждения Священного Писания чаще всего оспариваются людьми, не желающими верить. Но расщепление атома практически подтвердило истинность этих заявлений Библия. Теперь позвольте задать вопрос: если расщепление атома подтвердило некоторые из самых трудно воспринимавшихся истин Слова Божьего, не говорит ли это о большем — о том, что и все другие его положения верны?
Библия провозглашает одну ясную последовательную мысль: Христос — Творец! И эта идея проходит через Все ее повествования вплоть до захватывающей книги Откровения, книги о последних днях, книги, имеющей особенное значение для людей, живущих сегодня. В этой замечательной пророческой книге описано возрождение веры в идею о творении в последние дни мировой истории. Эта весть названа Вечным Евангелием. Вот она:
«И увидел я другого Ангела, летящего по средине неба, который имел вечное Евангелие, чтобы благовествовать живущим на земле... И говорил он громким голосом: убойтесь Бога и воздайте Ему славу, ибо наступил час суда Его; и поклонитесь Сотворившему небо и землю» (Откр. 14:6, 7).
«Поклонитесь Сотворившему». Кто же Тот, Кто сотворил небо и землю? Из Священного Писания нам стало ясно, что Творец всего — Господь Иисус Христос. И Господь Иисус Христос — центральная тема вечного Евангелия.
Мы поклонялись Ему как Спасителю. Теперь же мы видим, что Тот же Спаситель, Который является также и нашим Творцом, находится рядом с нами и ждет нашего признания. И вот здесь, в преддверии Его пришествия, в дни, когда вопрос о творении, как никогда прежде, реабилитирован в своих правах, к нам обращен зов, чтобы мы признали Его как нашего Творца!
Каким образом мы можем признать Его как нашего Создателя? Как поклониться Тому, Кто сотворил Небо и Землю? Позволим Библии ответить на эти вопросы. В центре заповедей нашего Господа открыто, каким путем надо поклоняться Ему, Творцу. Привожу слова, которые, возможно, знакомы вам с детства, но, вероятно, вы найдете в них новый смысл:
«Помни день субботний, чтобы святить его. Шесть дней работай, и делай всякие дела твои; а день седьмый — суббота Господу Богу твоему... Ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них; а в день седьмый почил. Посему благословил Господь день субботний и освятил его» (Исх. 20:8-11).
Ясно и просто, не так ли? «День седьмый — суббота Господу Богу твоему... Ибо в шесть дней создал Господь небо и землю». Бог определил почитание субботы как способ признания Его как Творца.
Кто-то может сказать: «Что ж, это неплохо, разумно. Но обязательно ли выделять для этого особый день — седьмой? Почему не любой день недели, почему не любой удобный для покоя день?»
Отвечу на ваш вопрос следующим примером. Как-то раз во время второй мировой войны я сидел в вагоне-ресторане и заметил на обратной стороне меню изображение американского флага. Конечно, как истинный американец, я уважаю флаг своей страны. Думаю, что вы можете представить мое замешательство, когда под флагом я прочитал следующие слова: «Эти всего-навсего кусок материи. Просто кусок ткани. Можно даже пересчитать все нитки, и вы не найдете ничего, что отличало бы его от любого куска ткани».
Мое чувство патриотизма готово было возмутиться написанным, пока я не прочел дальше: «Но вот подул легкий ветерок, и он поднялся, ожил, заволновался, затрепетал на ветру, во всем своем красном, белом и синем великолепии, — и вы понимаете, что никакой другой кусок ткани не сравнится с ним. Да, флаг — это всего-навсего простой кусок материи, пока мы не вдохнем в него жизнь. Пока мы не сделаем его символом всего того, во что мы верим и без чего мы не можем жить».
Я бы мог взять кусок простой красной ткани и обнаружить, что он ничем не отличается от любого другого куска той же ткани. Но если взять кусок этой ткани, кусок белой ткани, кусок синей и сшить воедино в трехцветный флаг Франции — любой француз будет готов умереть за него. Если сшить эти же куски вместе так, чтобы из них получился британский флаг, любой гражданин Великобритании будет готов отдать за него жизнь! А если сшить те же самые куски вместе таким образом, чтобы из них получился флаг Соединенных Штатов Америки, любой американец умрет за него, не сможет жить без него.
Точно так же и Бог взял простой день. И вы можете пересчитать в нем все часы. В этом отношении он не отличается от любого другого дня. Но затем Он сделал его днем покоя. Он вдохнул в него жизнь. Он сделал его символом самого драгоценного и жизненно важного, знамением и эмблемой всего, ради чего, согласно Его воли, христиане должны жить и без чего они не мыслят своей жизни.
Теперь вы понимаете, почему это важно. Если теперь кто-то скажет, что это не имеет значения, — вы, очевидно, скажете, что это не так. Голгофа является священным Божьим свидетельством человеку о том, что эти жизненно важные слова — а они являются частью Его вечного закона — имеют ДЛЯ НЕГО ЗНАЧЕНИЕ. Если эти слова ИМЕЮТ ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ ВАС, вы встанете на сторону Творца. Вы будете защищать творение. Библию и Голгофу!
«Подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра МОИ».
Мы прикоснулись к шрамам на Его руках. Мы поклялись Ему как Спасителю. Но теперь, в век атома, Он предлагает нам протянуть руку, ощутить Его силу и познать Его как Творца. Бог, говоря через атом, призывает людей вернуться к Творцу, вернуться к Библии и тем самым вернуться к Голгофе!
Голгофа. Там на кресте, между небом и землей, висел Творец — Вседержитель Вселенной. К грубой перекладине были прибиты руки, создавшие миры и расставившие в бесконечном пространстве звезды. Его руки создали атом, в том числе и те атомы, из которых состоял крест, на котором Его распяли.
«Его в тот день распяли на Голгофе, —
Там на кресте Он пострадал за нас...
Омыл нас Своею чистой кровью,
Построил к Богу мост — от гибели всех спас...»
Никогда не забывайте: Он был распят на кресте. Он проложил мост над пропастью. Он оставил нам Книгу, так неожиданно реабилитированную. И все это — ради нашего спасения!

Джордж Вандеман.
Серия проповедей из цикла "Так говорит Библия".
Тема "Мятежная планета"

на главную