С ТОГО ДНЯ КАК ОН УМЕР

Перенесемся в тот страшный день, когда вся страна застыла в ужасе. Черная пятница, 22 ноября 1963 г.
Мы узнали о трагедии в Далласе в выпуске известий, прервавшем обычную «мелкую оперу»*. Затаив дыхание и боясь услышать самое страшное, у телетайпов ждали журналисты. И вот пришло ужасное сообщение: наш любимый президент убит!
Дикторы не могли скрыть охватившего их чувства. Люди на улицах рыдали. Магазины закрывались.
Мы были оглушены, ошеломлены, убиты горем. Но потом постепенно все пришли в себя, жизнь пошла своим чередом. В стране появилось бесчисленное количество мемориалов. Жаклин Кеннеди зажгла вечный огонь. Именем погибшего президента были названы автомагистрали, стадионы, аэропорты. Мыс Канаверал стал мысом Кеннеди. Линдон Джонсон понял, что самым достойным памятником президенту будет продолжение его программы, прерванной пулей в Далласе. Итак, он провозгласил: «Давайте продолжать!».
Каким бы несовершенным ни было это сравнение, но в другую черную пятницу, много лет назад был распят наш Господь Иисус Христос! Но Его смерть была славной победой. Голгофа скрепила печатью вечный завет, гарантирующий спасение всем грешникам, стремящимся к Нему. А через три дня Он воскрес и вышел из гроба, как Царь-победитель.
Как увековечил Бог жизнь и смерть Иисуса? Миллионы искренних христиан соблюдают воскресенье, почитая день Его воскресения. Действительно, почему бы не увековечить день, когда опустел гроб? Это кажется так естественно, так правильно!
Вот здесь-то и возникает вопрос. Разве Бог заповедал соблюдать воскресенье? В этом вопросе нашим путеводителем должна быть Библия. Чтобы получить ответ на него, давайте внимательно исследуем все те места в книгах Нового Завета, где хоть что-нибудь сказано о первом дне недели. Это поможет привести в порядок мысли и устранить путаницу в этом вопросе.
Не будем пытаться доказать что-либо. Постараемся лишь понять, что Господь хочет от нас — что требуется в наших взаимоотношениях с Ним.
Каким бы странным нам это ни казалось, но факт остается фактом — в Новом завете первый день недели упоминается всего восемь раз. Первые пять текстов говорят о том, что Христос вознесся в первый день недели, и это, кстати, ни у кого не вызывает сомненья.
Но есть ли там указания или хотя бы предположения, что первый день недели нужно соблюдать как святой день?
Давайте откроем Библию и посмотрим сами. Сначала обратимся к Евангелию от Матфея: «По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели, пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб» (Матф. 28: 1).
Простая констатация факта. Но обратите внимание: «на рассвете первого дня недели». В этом месте Священного Писания по крайней мере нет и намека на то, что мы должны соблюдать первый день недели, как субботу. Теперь Евангелие от Марка: «И весьма рано, в первый день недели, приходят ко гробу, при восходе солнца» (Марк. 16:2).
И снова лишь фактическая ссылка на время воскресения.
Третье упоминание о первом дне недели в Священном Писании находится в этой же главе: «Воскресши рано в первый день недели, Иисус явился сперва Марии Магдалине, из которой изгнал семь бесов» (Марк. 16:9).
Знакомые слова. Но опять ни слова о святости воскресенья, не так ли?
Следующие два стиха о первом дне недели упоминаются в Евангелиях от Луки (24:1) и от Иоанна (20:1) и только повторяют сказанное другими. Небольшой успех в поисках каких-либо оснований в пользу необходимости соблюдения первого дня недели, как дня Господня. И еще: во всех местах Писания суббота носит свое священное имя, а воскресенье называется просто первым днем недели.
Шестой раз первый день упоминается Иоанном: «В тот же первый день недели вечером, когда двери дома, где собирались ученики Его, были заперты из опасения от Иудеев, пришел Иисус, и стал посреди, и говорит им: мир вам!» (Иоан. 20:19).
Что это? Собрание по поводу воскресения Христа? Даже если бы ученики собрались, чтобы почтить воскресение, разве переменило бы это субботу на воскресенье? Едва ли. Но заметьте: последователи Христа собрались за закрытыми дверьми не для того, чтобы почтить воскресение, а «из опасения от Иудеев». Иисус пришел, чтобы разрушить их неверие и убедить их в том, что Он жив.
Итак, осталось еще две ссылки на первый день в Священном писании. В Деяниях Апостолов (20,7) сказано: «В первый же день недели, когда ученики собрались для преломления хлеба, Павел, намереваясь отправиться в следующий день, беседовал сними и продолжил слово до полуночи».
Мы видим Павла, проповедующего Евангелие в первый день недели и совершающего преломление хлеба. Означает ли это, что первый день стал святым? Не забывайте, кстати, что Иисус совершил тайную вечерю в четверг. Но это, однако, не сделало четверг священным днем Господа.
И еще. Это собрание, о котором идет речь, состоялось в темную часть суток, то, что мы сейчас называем «Ночь после субботы». Вспомните, первый день недели начинается с заходом солнца в субботу. Многие издания Библии так и переводят «Ночь после субботы». Очевидно, что Павел «беседовал» в субботу, как обычно, и «продолжил слово до полуночи».
И, наконец, последнее упоминание о первом дне недели в Новом завете. Это первое послание к коринфянам: «В первый день недели каждый из вас пусть отлагает у себя и сберегает, сколько позволит ему состояние, чтобы не делать сборов, когда я приду» (1. Кор. 16:2).
Разве Павел говорит о собрании в церкви в первый день недели? Обратите внимание на слова «отлагает у себя и сберегает». Здесь и речи нет о молитвенном собрании. Павел говорит о деньгах, которые верующие должны отложить в первый день недели, прежде чем израсходуют весь недельный запас, с тем чтобы сберечь и отдать ему, когда он придет.
Дело в том, что многие христиане, не задумываясь, расходуют средства на повседневные нужды и развлечения, и лишь в конце недели — если еще что-либо осталось — вспоминают об обязанностях перед Богом. Павел говорит: «Не делайте этого. Бог должен быть на первом месте в ваших финансовых делах. В первый же день выделите часть недельного бюджета для бедных, чтобы вам было что предложить, когда я приду».
Вот так. Каждое упоминание о первом дне недели в Новом Завете — это упоминание о воскресенье. Нашли ли мы хотя бы намек на то, что воскресенье — святой день? Я думаю, что вы согласитесь со мной: Бог не заповедал нам соблюдать воскресенье. Этого нет в Священном Писании.
Давайте обсудим еще один очень важный вопрос. Это молчание Нового Завета о какой бы то ни было перемене дня отдыха, предпринятого Христом или Его апостолами. Это поразительное молчание! Позвольте объяснить, что я имею в виду.
Вы, конечно, знаете какую бурную дискуссию вызвало утверждение Павла в том, что обряд обрезания необязателен. Можете ли вы представить, какая разразилась бы страшная буря, если бы апостол учил, что суббота отменена.
Задумайтесь над этим.
Обрезание — обряд, который совершался в соответствии с церемониальным законом Моисея. Этот закон обрядов и жертвоприношений исполнил свое назначение, когда Иисус, истинная жертва, Агнец Божий, отдал Свою жизнь. В десяти заповедях обрезание не упоминается. Можете ли вы представить тот шум, который бы поднялся в случае даже не изменения, а просто попытки переменить субботу — одну из десяти Божьих заповедей. Не ошибусь, если скажу, что по этому поводу были бы написаны главы, а может быть и целые книги.
И запомните: Новый Завет был написан через девятнадцать — шестьдесят три года после распятия Иисуса. И по поводу отмены субботы в нем — ни слова. Странное молчание. Никто и никогда не обвинял Христа или апостолов в соблюдении какого-либо другого дня, кроме субботы.
О соблюдении воскресенья — тоже молчание. Оглушительное молчание.
Знаменательно, не так ли?
Тут-то можно услышать следующее: «Ну что ж, в Новом Завете действительно не сказано, что воскресенье — день Господень. Но Бог будет вполне доволен, если вы соблюдаете какой-нибудь один из дней недели».
Но так ли это на самом деле? Разве Бог позволяет нам приспосабливать к нашим понятиям истину? Разве Библия — это что-то вроде закусочной, где мы выбираем блюдо себе по вкусу, а прочим — можно пренебречь?
Светский гуманизм учит, что нравственные категории, в том числе и религия, не являются абсолютными категориями — все относительно. Многие христиане осуждают такой гуманизм. Однако разве они сами не уподобляются сторонникам того же гуманизма, когда дело касается субботы? Странно, не правда ли?
Истина здесь ясна: мы должны или поклоняться Богу на Его условиях или же отвергнуть Его полностью. И Тот же Самый Иисус, создавший и искупивший нас, дал нам субботу, чтобы увековечить эти два неразрывно связанных факта.
.Но разве суббота не была перенесена в связи с данным Господом новым заветом? — спросит кто-то.
Что ж, давайте обсудим и этот вопрос. Что такое ветхий завет и что такое новый? Какая между ними разница?
Первое упоминание о- завете встречается в Библии в книге Бытия, когда мир стал настолько растлен, что Бог решил навести на землю потоп. «Ной же обрел благодать пред очами Господа» (Быт. 6:8). По благодати Бог сохранил Ною жизнь и заключил с ним завет о духовном сотрудничестве, известный как «вечный завет» (Быт. 9 : 16).
Позже Бог вступил в такой же завет с Авраамом (Быт. 17:7). Однажды ночью Бог сказал ему: «...посмотри на небо, и сосчитай звезды, если ты можешь счесть их. И сказал ему: столько будет у тебя потомков. Авраам поверил Господу, и Он вменил ему это в праведность» (Быт. 15:5—6).
Обратите внимание: завет с Авраамом основывается на вере, а не на делах и поступках.
Многие думают, что во времена ветхого завета Бог спас людей через их дела, а уже позже, во времена нового завета, Он, кардинально все изменив, «ввел» спасение верой. Но ведь это было бы несправедливо, не так ли? К тому же такая точка зрения не соответствует истине. Евангелие благодати словно стремительный горный поток «освежает» ветхий завет. Возьмите, к примеру, происшедшее с Авраамом и его сыном Исааком на горе Мориа, горе жертвоприношений. Старик-отец содрогается при мысли, что может потерять своего единственного сына. Но он вспоминает благую весть: «Бог усмотрит Себе Агнца для всесожжения, сын мой» (Быт. 22:8).
Бог Сам предусмотрел жертву за грех. Это наша надежда сегодня. Это надежда всех людей всех времен.
К сожалению, потомки Авраама, находясь в рабстве у египтян, забыли об этом. В отчаянии взывали они к небу. «И услышал Бог стенание их, и вспомнил Бог завет Свой с Авраамом...» (Исх. 2:24). Переход через Красное море — одно из наиболее драматичных событий истории. Это было освобождение израильтян по воле Божьей.
Затем Бог повел Свой народ по пустыне к горе Синай. В величественной обстановке Бог намеревался снова заключить Свой вечный завет благодати с ними, подобно тому, как Он делал это с Ноем и Авраамом. И начинает с напоминания Своему народу о том, что Он сделал, чтобы спасти их: «Вы видели, что Я сделал Египтянам... и принес вас к Себе. Итак, если вы будете слушаться гласа Моего и соблюдать завет Мой, то будете Моим уделом из всех народов...», — особо подчеркивает Господь (Исх. 19:4,5).
Бог желал, чтобы израильтяне приняли Его труд, как свое спасение. Но они даже не задумывались, о каком же завете говорит Бог. Они поспешно воскликнули: «...все, что сказал Господь, исполним» (Исх. 19:8).
Звучит неплохо — они хотят быть послушными — не так ли? Но в этом-то и заключается серьезная проблема. Люди возлагали надежду не на обетования Божьи, а на свои собственные дела. Господь вовсе не собирался менять Свой завет, основанный на благодати, на завет, основанный на человеческих делах. Поэтому Он терпеливо объяснял высочайшие требования Своего святого закона в надежде, что израильтяне поймут, чем чревата иная точка зрения.
Прежде чем огласить Свои десять заповедей, Бог еще раз подчеркнул, что Он сделал для их спасения; «Я Господь, Бог твой, который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства» (Исх. 20: 2).
Но тем не менее они не испытывали нужды доверять, а скорее полагались на себя. Они продолжали настаивать на праведности через свои дела: «...Все, что сказал Господь, сделаем...», —повторяли они (Исх. 24:7).
Этот ответ свидетельствовал о том, что израильтяне полностью игнорировали все, что Бог говорил им о Своих трудах для спасения их. Вечный завет благодати так и не был оценен.
Наши дети, познавая жизнь, часто идут нелегким путем. Цена этому — сломанные игрушки и ссадины, порой обильно политые слезами. Народ израильский познал свой трудный путь у горы Синай. Бог знал, что их ждет, но позволил сделать собственный выбор — избрать завет дел, а не благодати. А это ничего общего не имеет с заветом благодати, заключенным с Авраамом.
Последствия были трагичны. Уже через несколько дней после своих клятвенных обещаний израильтяне в дикой оргии поклонялись золотому тельцу. Представляете себе эту сцену?! Все их обещания и решения оказались не более чем иллюзия. Их ненужный завет дел разбился вдребезги в песках пустыни.
Усмиренные и наказанные, израильтяне все-таки были готовы слышать благую весть. Бог объяснил им значение жертвенных агнцев подобно тому, как Он объяснил это Адаму и Еве у ворот Эдемского сада.
Каждый истекающий кровью агнец на алтаре — напоминал им, что спасение возможно только через веру в кровь грядущего Спасителя.
И когда столетия спустя Иисус пришел на землю. Он исполнил новый завет. Завет, утвержденный на «лучших обетованиях» (Евр. 8:6), отличный от старого, заключенного на горе Синай. Лучшие обетования потому, что их дал Бог, а не бренное человечество.
Но вот что интересно: жертва Христа была «кровью завета вечного...» (Евр. 13:20). Фактически это тот же самый завет благодати, заключенный задолго до того с Ноем и Авраамом. Он назван «новым» потому, что Бог подтвердил его на кресте, тогда как старый был утвержден на горе Синай.
Посмотрите: Бог особо подчеркивает славное обетование Нового завета, вечного завета: «Вот завет, который завещаю дому Израилеву после тех дней, говорит Господь: вложу законы Мои в мысли их и напишу их на сердцах их, и буду их Богом, а они будут Моим народом» (Евр. 8: 10).
Итак, Бог сказал: «Я вложу законы Мои в мысли их и напишу их на сердцах их...» Те же самые десять заповедей, написанные на камне, в ветхом завете, теперь записываются в человеческих сердцах.
Совершенно очевидно, что христиане нового завета, оценивая по достоинству спасение благодатью, будут добросовестно и с огромным желанием исполнять все Десять заповедей.
Но давайте не смешивать это послушание по вере с законничеством. Вы, супруги-мужчины, читающие эти строки, я хочу спросить вас: давно ли вы дарили женам цветы? Может быть, это было, когда своим опрометчивым словом, сказанным невзначай, вы обидели свою супругу? Вы постарались загладить свою вину тем, что принесли ей великолепные алые розы. Что ж, если бы вы были отвратительным ворчуном, постоянно отравляющим ей жизнь своим поведением, то, возможно, вы принесли бы домой дюжину великолепных роз в знак примирения.
Да, это называется примирением. Но, бесспорно, существует и другая причина, по которой вы иногда дарите .своей жене цветы: признательность. Вспомните: когда вы приходили домой с букетом роз, и вовсе не потому, что хотели ублажить свою жену, а просто потому, что цените ее и хотите видеть счастливой?
Вот она, параллель. Достойная оценка спасения — вот почему мы соблюдаем Божьи заповеди при новом завете. Это не примирение, не праведность от дел ветхого завета.
Естественно, хотя самые преданные из нас, соблюдают все Божьи заповеди, они нуждаются в милости прощения своих грехов. Обетование нового завета звучит так: «Потому что Я буду милостив к неправдам их и грехов их и беззаконий их не воспомяну более» (Евр. 8:12).
Когда Иисус исполнил новый завет, произошли некоторые изменения.
Христианский обряд крещения заменил обряд обрезания, а Вечеря Господня — пасхальное празднество.
Пасха, как вы вероятно помните, была одной из семи годовых суббот, установленных еще во времена Моисея. Они были «тенью будущего, а тело — во Христе» (Колосс 2:17). После Голгофы эти годовые субботы, так же как и обряд обрезания, потеряли свое значение.
Еженедельная же суббота, или суббота Господня, не была тенью будущего, церемониальной тенью, введенной во времена Моисея (Лев. 23, 38). Это, скорее, вечный памятник, установленный при сотворении мира. Кроме того, суббота — это прекрасная возможность отметить то, что произошло на Голгофе. Видите ли разницу?
Представьте, что вы на свадьбе. Жених и невеста .стоят перед алтарем. Вы слышите слова: «Если есть причины, по которым брак ваш не может быть заключен, скажите теперь, если нет — ничто да не разлучит вас».
Вот она черта, которую нельзя преступить. Если двое заключили брачный союз, это означает, что никто не может изменить его.
Такой же принцип является сущностью нового завета? Павел говорит: «... даже человеком утвержденного завещания никто не отменяет и не прибавляет к нему» (Гал. 3: 15).
Будучи однажды утвержденным, новый завет не может быть изменен.
Крещение вошло в завет еще до того, как Он был утвержден на Голгофе. Также как и Тайная вечеря, которая была совершена в ночь перед смертью Христа — как раз перед чертой, которую невозможно нарушить. Запомните: после креста ничто не может быть добавлено или вычеркнуто из завета.
А как обстоит дело с субботним днем? Был ли он устранен из завета до Голгофы вместе с обрезанием и Пасхой? Нет, ибо Сам Христос находился в покое в субботний день, — в следующий день после запечатления завета Своей кровью на кресте. Поэтому святость субботнего дня никогда не была устранена из нового завета.
А соблюдение воскресенья? Из нового завета мы знаем, что до той последней черты на Голгофе в завет не было внесено никакого другого дня для поклонения Господу. Итак, после креста воскресенье не может и не должно быть названо днем Господним: ни апостолами, ни христианской церковью.
Иногда можно слышать такое: соблюдать субботу сегодня так, как положено, нельзя, поскольку во времена Моисея нарушители заповеди побивались камнями, мы же этого не делаем. Поэтому субботу надо упразднить. Таковы доказательства.
Что ж, ни один истинный христианин не может оправдать прелюбодеяние, нарушение седьмой заповеди. В прежние времена нарушающие супружескую верность предавались смерти, так же как и те, кто не соблюдал субботу. Сегодня таких не побивают камнями, однако это не дает права нарушать седьмую заповедь. Тогда почему можно нарушать четвертую?
Дело в том, что во времена Моисея существовали такие виды наказания грешников, которые более не применяются. Они являлись частью обрядового закона и не вошли в десять заповедей.
Видите ли, десять заповедей имеют дело с принципами, а не с наказанием — с принципами любви.
Рассмотрим каждую заповедь по порядку. Первые четыре говорят о любви к Богу: остальные шесть составляют основу любви к людям. Таким образом, новый завет учит, что «...любовь есть исполнение закона» (Римл. 13:10).
Слово Божье говорит: «Итак мы уничтожаем закон верою? Никак; но закон утверждаем» (Римл. 3:31).
Теперь, на случай, если еще остаются вопросы относительно различия между обрядовыми законами и десятью заповедями, позвольте прочитать текст, который окончательно развеет все сомнения: «Обрезание ничто и необрезание ничто, но все — в соблюдении заповедей Божиих» (1. Коринф. 7 : 19).
Разве можно не заметить это четкое разграничение между вечными десятью заповедями и временными обрядовыми законами? Обрезание ничто. Все — в соблюдении заповедей Божьих, говорит вдохновленный Святым Духом апостол Павел.
И помните, именно субботний покой четвертой заповеди придает смысл и значение соблюдению остальных девяти. Среди важных обязанностей, записных в законе, седьмой день предложен нам как день отдыха от дел, которые Христос сделал за нас. Мы демонстрируем нашу веру в Иисуса, Господина субботы, когда подобно Ему отдыхаем в седьмой день.
Иные христиане отвергают субботний покой, заявляя, что они якобы уже отдыхают во Христе и, следовательно, не нуждаются в святом дне Господа. Суббота для них — всего лишь формальный обычай, нечто незначительное.
Помните хиппи шестидесятых? То же самое думали они и о супружестве. Все, в чем вы нуждаетесь, — это любовь, говорили они. Супружество — лишь формальный, ничего не значащий обычай.
. Но к лицу ли христианам так рассуждать? Помимо того, почти каждая церковь имеет свою форму крещения и причастия. Это действительно лишь символы, и тем не менее каждый согласен с тем, что они важны. Так почему же, скажите, если крещение и причастие рассматривать как важнейшие символы веры, почему
седьмой день — суббота — не является таким важным знаком?
Конечно, мы обретаем покой во Христе в течение всех семи дней недели, но суббота — особый день, который Бог выделил для нас. Смотрите: муж и жена — партнеры в течение всей недели и все они нуждаются в особом времени, чтобы побыть наедине, освободившись от своих жизненных обязанностей. В супружестве мы вольны выбирать любое время для совместного отдыха, а субботу — седьмой день — выбрал для нас Бог, чтобы мы почитали Его.
Суббота — это испытание нашей верности новому завету, нашего стремления успокоиться во Христе, потому что она увековечивает творение и спасение, а это— основа и причина нашего поклонения Богу.
Но что-то неладное произошло в христианстве, что-то произошло с субботним покоем. Поскольку в новом завете нет и намека на перемену седьмого дня на первый, мы должны обратиться к истории и выяснить, как, когда и почему это произошло. В следующей главе мы рассмотрим удивительные события, которые привели к незаконному изменению субботы вскоре после окончания апостольского века.
Если вы понимаете значение субботы, можете ли вы отвергать этот особый день Господа? Если да то, корень этого только, в типичном для человеческой природы стремлении зависеть от религиозного наследия. Скажем, «если мои предки поклонялись воскресенью и их это устраивало, то это устраивает и меня».
Это, может быть, и красиво звучит, но вдумайтесь. Вера наших предков была, возможно, чиста, как снег, и Бог, конечно, принимал эту веру. Но сегодня, в последний час существования нашего мира, когда открывается нам истина, разве не должны мы следовать свету сияющего Божьего Слова? Принимать каждую драгоценную крупицу .которую Он открывает нам?
Сегодня многие христиане ничего не знают о субботнем покое в Иисусе, и Бог понимает это. Но все быстро меняется. Каждую неделю 8 тыс. христиан по всему миру начинают соблюдать свою первую субботу.
Скоро Божий народ повсюду вступит в субботний покой. В Откровении читаем о последнем поколении христиан перед пришествием Иисуса: «Здесь терпение святых, соблюдающих заповеди Божий и веру в Иисуса» (Откр. 14: 12).
Вера в Иисуса и соблюдение Божьих заповедей — неразрывно связаны субботним покоем.
Как повлияло убийство Дж. Кеннеди на Конституцию Соединенных Штатов? Никак. Выстрелы в Далласе только укрепили нашу уверенность в том, что наша Конституция и все, что она защищает, непоколебимы.
Как повлияла смерть Иисуса на изменение субботы Нового Завета? Н»как, только утвердила ее навечно.
Как повлиял крест на изменение десяти заповедей? Никак. Лишь невероятная цена нашего спасения и непоколебимая преданность, которую Он зажег в наших сердцах, сделали неповиновение немыслимым с того дня, как Он умер.

Джордж Вандеман.
Серия проповедей из цикла "Так говорит Библия".
Тема: "Только в Боге покой"

на главную