Вестник полночного крика

Время медлит

Когда к 21 марта 1844 года Христос не пришел, для более чем 50000 последователей Миллера, или адвентистов, как их стали называть, наступило время разочарования. Что должно произойти? Куда им обратиться за ответом?

Миллер выпустил публичное исповедание, адресованное верующим во Второе пришествие, датированное 2 мая 1844 года:

«Если бы у меня был шанс прожить жизнь заново, с теми же доказательствами, которые у меня были тогда, то, чтобы быть честным перед Богом и людьми, я бы поступил так же, как прежде. Хотя противники и говорят, что оно не настанет, веских доказательств тому они предоставить не смогли. Совершенно очевидно, что это только их догадки; и я считал тогда, и считаю теперь, что их отрицание было скорее основано на нежелании увидеть пришествие Господа, нежели на каких-либо аргументах, ведущих к такому заключению. Я признаю свою ошибку и признаюсь в своем разочаровании. Тем не менее я верю, что день Господень близок, у дверей, и умоляю вас, братья мои, быть внимательными и не позволить тому дню застать вас врасплох».

Вскоре после этого Миллер написал о своем разочаровании в поэтической форме:

Сколь скучны и тоскливы часы,

Пока Иисус, мой Спаситель, медлит!

Я искал Его в тишине моей обители,

И в тоске взывал к Нему все дни.

Однако Он медлит — молю, скажи, почему

Колесница Его не возвращается вскоре?

Увидеть Его в облаках небесных

Душа моя напряженно жаждет.

Как я желаю быть вместе с Ним в доме,

И сердце свое растворить в Его любви.

Пастись на полянах Нового Едема

И пребывать с моим Спасителем вовек.

В последнюю неделю мая в храме Бостона проходила конференция адвентистов. В конце собрания Миллер встал и честно признал, что ошибся в точном определении того времени, когда предположительно должны были закончиться пророческие периоды.

Время с марта по август 1844 года было периодом неопределенности. Миллер писал, что многие покидают движение. Этот период послужил великим испытанием для тех, кто все посвятил Второму пришествию. Это было время ожиданий и наблюдений. За подъемом ближе к 21 марта последовал спад, и все, участвовавшие в движении, пребывали в растерянности: что же будет дальше. Прошло уже почти тринадцать лет с тех пор, как Миллер начал проповедовать о пришествии.

В это время неопределенности внимание всех было приковано к притче о десяти девах, ожидающих Жениха (см. Мф. 25:1—13). В этой притче шла речь о том, что Жених, олицетворяющий Христа, замедлил и не пришел в ожидаемое время. Осенью 1843 года впервые прозвучал призыв покидать иные церкви. Миллер противостоял этому с самого начала. Но теперь даже его главная опора, Джошуа Хаймс, призывал адвентистов выйти из Вавилона. В письме, опубликованном в «The Midnight Cry» 29 августа 1844 года, Хаймс говорит:

«Мы согласны на немедленное и окончательное отделение от всех тех, кто противится доктрине о скором пришествии и Царстве Божьем. Мы считаем, что это вопрос жизни и смерти. Смертельно опасно оставаться там, где об этом говорят легкомысленно или вообще не верят в пришествие Господа. Жизненно важно отойти от всякого человеческого предания и стоять на Слове Божьем, ожидая каждый день явления Господня. Потому ныне мы обращаемся ко всем, кто каким-либо образом запутался в ярме рабства: «Выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь».

Некоторые миллериты в течение нескольких месяцев помышляли о возможности осеннего пришествия Христа. Миллер был одним из первых, предположивших такую возможность еще в начале 1843 года. В течение весны и лета 1844 года было созвано несколько лагерных собраний. Часто в проповедях, как это бывало и раньше, звучали слова «если на то есть воля Провидения» или «если время замедлит». Самуэль Сноу, один из миллеровских проповедников, писал и проповедовал о том, что Христос придет в этом году на еврейский День очищения. Еще один миллеровский проповедник, Джордж Сторрс, примкнул к нему в проповеди этой вести.

Еврейский календарь отличается от календаря, используемого в большей части западного мира. В Ветхом Завете День очищения всегда выпадал на десятый день седьмого месяца еврейского года. Этим днем для 1844 года было двадцать второе октября. Вот почему адвентисты, установившие эту дату, образовали то, что иногда называлось движением седьмого месяца.

Вот как это произошло. С 12 по 17 августа 1844 года в Экзетере, штат Нью-Гемпшир, проходило лагерное собрание. В один из этих дней выступал Дожзеф Бэйтс. Во время богослужения верхом на лошади прискакал Самуэль Сноу и что-то быстро сказал одной из присутствовавших женщин. Согласно одному отчету, эта женщина встала и сказала: «У Господа в этом месте есть слуги, имеющие пищу для дома Его в благоприятное время. Пусть они говорят, и пусть люди слушают их».

Когда Бэйтс дал слово Самуэлю Сноу, тот поделился своим открытием: 22 октября 1844 года является точной датой возвращения Иисуса. Выступление Сноу оживило аудиторию и вызвало немедленную реакцию. Иисус придет на десятый день седьмого месяца — именно это знание было необходимо адвентистам, чтобы упрочить свою веру в истинность адвентистского движения. Проповедь пришествия получила новый импульс не только в Экзетере, но и по всей Америке. На этом лагерном собрании присутствовал, будучи молодым миллеровским проповедником, и Джеймс Уайт. И он, и Бэйтс признали двадцать второе октября истинной датой.

Лишь три года спустя, описывая выступление Сноу, Бэйтс напомнил о воодушевлении вестью:

«Совершенно очевидно, что там был передан и принят свет, и когда та встреча завершилась, гранитные скалы окрестностей Нью-Гемпшира потряс мощный крик: «Вот, Жених идет, выходите навстречу Ему».

«The Advent Herald» сообщил о собрании в Экзетере, не добавляя почти никаких комментариев, кроме того, что:

«Брат Сноу с великим энтузиазмом указывал дату [22 октября 1844 года] и представил в своем выступлении массу доказательств, которые, на его взгляд, указывают на десятый день седьмого месяца еврейского священного года как на день пришествия Господа».

То же издание, описывая историю движения после разочарования двадцать второго октября, сообщало дальнейшие подробности:

«Вначале в определенное время пришествия никто не верил. Но казалось, что на стороне этой вести стоит какая-то непреодолимая сила, которая все повергает перед собой. Весть облетела всю землю со скоростью торнадо, и во многих, даже удаленных местах достигла сердец людей почти одновременно и таким путем, который может приниматься во внимание, только если считать, что в нем проявлялась Божья воля».

Затем повествование продолжается:

«Лекторы из адвентистов были последними, кто поверил в названные сроки пришествия, а самые известные из них поверили самыми последними. Казалось, происходившее было делом не человеческих рук, но делом, которое было продвигаемо независимо от людей. Несколько адвентистских изданий разделили этот взгляд буквально в последний час, a [«The Advent Herald»] был самым последним из тех, которые возвысили свой голос, распространяя призыв».

«The Advent Herald» за две недели до ожидаемого пришествия находился по отношению к движению седьмого месяца в нейтральной позиции. Это совпадало с позицией самого Миллера, который согласился считать 22 октября датой Второго пришествия шестого октября, только за шестнадцать дней до предполагавшегося события. Примерно в то же самое время эту дату счел истинной и Джошуа Хаймс. В середине октября, в последний момент он отменил запланированную поездку в Англию.

Положив датой возвращения Иисуса двадцать второе октября, Миллер стал чувствовать, как в нем нарастает нетерпение ожидания. Одиннадцатого октября он написал Хаймсу письмо. На следующий день — еще одно, извиняясь за свою поспешность:

«Дорогой брат Хаймс. Вероятно, ты думаешь, что я слишком назойлив, посылая тебе письма каждый день, но ныне времени осталось так мало, а исполнение тех славных обетований, провозглашать которые ты, как никто иной, помогал мне, так близко, что я не могу удержаться от того, чтобы каждый день не поздравлять тебя со скорым и славным восшествием во врата возлюбленного града».

Затем Миллер повел речь о том, насколько они различны по возрасту и даже по взглядам, и как тем не менее им удалось отложить все эти различия в сторону. Он продолжал:

«Да, брат мой, в прошлые годы ты сносил хулу за мое имя не ропща и не жалуясь... Когда мы познакомились, ты увидел достаточно, чтобы понять: твоя репутация и интересы должны будут пострадать. И тем не менее ты все оставил и смело ринулся в это славное дело, которое было понято лишь немногими и совершенно ненавидимо всеми великими и популярными людьми века сего. Для меня это было явным свидетельством того, что Бог — мой Помощник и что в конце концов Он оправдает нас в деле, к свершению которого Он нас призвал».

Проповедь Миллера с 1831 по 1844 год о пришествии Христа и движение седьмого месяца представляется как два совершенно отличных друг от друга явления. Проповедь длилась тринадцать лет, движение существовало лишь десять недель. Первую направлял Миллер, в последнем на первый план выступили новые руководители. Проповедь Миллера называла периодом, в течение которого можно было ожидать возвращения Христа, один год. Движение же сконцентрировало свое внимание на определенном дне: 22 октября. Проповедь все внимание уделяла земным приготовлениям к возвращению Христа, тогда как движение устремило все взоры на Христа в небесах, и святилище, приготовляясь к Его возвращению.

Близость и конкретность даты вызвали возбуждение среди тех, кто поверил в нее. А враги ударились в новые крайности, насмехаясь и ругая поверивших. Для последних близкое наступление 22 октября означало, что необходимо бросить работу, выплатить долги, оставить урожай неубранным и приготовиться к встрече с Иисусом. В одном из сообщений говорилось, что последние десять дней особенно были похожи на приготовление к похоронам. Адвентисты ожидали, что будут разлучены с теми членами семьи и близкими, которые не приготовились к встрече Христа.

Притча о десяти девах из 25-й главы Евангелия от Матфея теперь воспринималась по-новому. Адвентисты ожидали, что дверь на брачный пир закроется, и им хотелось попасть вовнутрь. Подобно Ною у двери ковчега, адвентистская весть провозглашала, что когда эта дверь закроется, то судьба каждого живущего на земле будет решена окончательно. Летом 1844 года более 50000 адвентистов покинули официальные церкви.

По мере приближения назначенного дня среди адвентистов повсюду росли и возбуждение, и размах приготовлений к долгожданному событию. Вот-вот они увидят Иисуса, грядущего на облаках небесных, и ничто, связанное с этим миром, не могло отвлечь их внимание. Пришла пора отправиться в небесный дом.