Как мог Иисус быть безгрешным, когда он был младенцем...

Есть ли у нас проблема?

Да! В Иисусе мы имеем ребенка, отличающегося от любого другого, когда-либо рожденного в этот мир. Это малое дитя — целомудренно, безгрешно, мило, бескорыстно — никаких проявлений раздражительности характера. У Его матери не было проблем с таким ребенком. Согласно Исайи 9:6 (который говорит: "Ибо младенец родился нам") "владычество (правление — англ. пер.)" над небом и землей лежит "на раменах Его (на Его плечах — англ. пер.)".

Вы понимаете это? Это рамена беспомощного Младенца, Который еще не может держать Свою бутылочку! Если бы Христос, будучи ребенком, впал в наш всеобщий грех, в таком случае "владычество" потерпело бы поражение. Все пришло в зависимость от Иисуса и Его совершенного безгрешного состояния, в то время как Он родился "нам", грешникам.

Как и в чем Он настолько отличался от всех прочих младенцев?

Католицизм утверждает, что имеет ответ: "Его непорочность стала возможной потому, что Он родился от безгрешной Матери, которая имела непорочное зачатие в утробе своей матери. При таком зачатии произошел разрыв генетической связи, и Марии была дана безгрешная природа в течение всей ее жизни так, что она никогда не знала сексуальных искушений. Таким образом, Дева Мария передала Христу свою безгрешную, лишенную сексуальных влечений плоть или природу".

Некоторые адвентисты седьмого дня также отвечают, что Иисус не мог быть безгрешным ребенком, если не был "освобожден" от общей генетической наследственности, которую разделяют все наши дети.

Есть ли другое решение? "Хотя Он был образом Божьим", Христос оставил Свой дом в небесах и "уничижил (опустошил — англ, пер.) Себя", чтобы быть "рожденным в подобии человека и смирил Себя" (англ. пер. Флп. 2:7, 8). Возможно ли, чтобы Он "взял", или "принял", точно такую же наследственность падшей греховной плоти, ту же природу, которую имеет все человечество, и все же был безгрешным ребенком?

Ангел сказал деве Марии, что Он будет "рождаемое святое". Апостол Павел говорит, что Он был "святый, непричастный злу, непорочный, отделенный от грешников" (Лк. 1:35; Евр. 7:26). Елена Уайт также говорит о Его безгрешном младенчестве:

Христос... был не такой, как все дети... Его наклонность к справедливости была постоянной радостью для Его родителей... Никто, глядя на детское лицо, сияющее живостью, не смог сказать, что Христос был просто как другие дети (5ВС 1117).

Одна вспышка раздражения сделала бы Его грешником; и Он не мог бы быть Спасителем, потому что тогда Он имел бы "склонность ко злу". Греховный "спаситель" не мог бы никого спасти. Вопрос заключается в следующем: почему Он так отличался, будучи ребенком?

Эта проблема не является малозначительной. Эта область значит больше, чем простая теологическая борьба. Елена Уайт говорит нам, что "человеческая природа Сына Божия есть все для нас. Это золотая цепь, которая связывает наши души с Богом" (1SM 144). Это должно особенным образом повлиять на нашу ежедневную христианскую жизнь.

Наши друзья из римокатолической церкви также думают, что понимают "человеческую природу Сына Божия" как "все" для них. Они размышляют над этой проблемой уже более тысячи лет. Это по причине того, что они остановились на идее "Непорочного Зачатия" Его матери. Для них это должно быть заранее запрограммированное генетическое "освобождение" от наследственности, передаваемой из поколения в поколение падшим человечеством. Идея католиков — это святая отделенность, противоположная единению с нами. Христу не позволяют подойти слишком близко к проблеме человеческого греха.

Другими словами, Мария должна иметь святую плоть, чтобы передать ее своему Сыну так, чтобы Он мог прийти в мир в безгрешной природе, отличающейся от нашей природы. Для римокатоликов это ответ на наш вопрос: будучи ребенком, Христос не мог не быть хорошим еще задолго до того, как Он мог рассуждать или думать. Отсутствовало генетическое звено, связывающее Его с падшим Адамом.

Мы, конечно, допускаем, что ребенок не может рассуждать, не может различать между верным и неверным; также является истиной и то, что все наши дети рождаются грешными, эгоистичными по природе. И что же, нам необходимо это "освобождение" для Иисуса от наследственности, которую получают все другие дети?

Мыслящие адвентисты седьмого дня смущены. Некоторые не видят другого пути для Христа быть безгрешным ребенком, если Он не был бы "освобожден" от нашей наследственности. Эта идея обычно определяется как "до грехопадения", то есть, Христос "имел" безгрешное духовное естество Адама, которое тот имел перед грехопадением, естество, отличающееся от нашего.

Другие (в равной степени погруженные в размышления) понимают, что Христос принял всю нашу человеческую наследственность с момента Своего воплощения и "взял" на Себя груз нашего генетического бремени греховности, и все же был святым и безгрешным, даже будучи ребенком и всю Свою жизнь. Такое мнение известно как позиция "после грехопадения" и она соответствует взгляду послания 1888 года.

Вообще протестанты говорят, что они не принимают идею непорочного зачатия, однако они в то же самое время настаивают на некотором "освобождении" Христа от общей генетической линии. Они все еще несут значительный багаж Рима, такой как святость воскресного дня и естественное бессмертие души. Быть может, их взгляд на природу Христа также заимствован у Рима?

Священное Писание и произведения Елены Уайт поддерживают взгляд "после грехопадения". Иисус "взял" или "принял" нашу падшую греховную природу, эта идея диаметрально противоположна двум предыдущим мнениям — идее непорочного зачатия и взгляду "освобожденности". Проблема, обсуждаемая веками, сосредотачивается в факте безгрешности Христа, когда Он был ребенком. Как могло "владычество (правление — англ. пер.)" быть на "раменах" Его даже тогда? Давайте благоговейно исследуем это. Если есть ответ на наш вопрос, он должен стать частью благой вести Евангелия.