Вестник полночного крика

Что же потом?

Что произошло с тысячами последователей Миллера после 1844 года? После 22 октября 1844 года не должно было быть никакого завтрашнего дня. Иисус должен был вернуться на облаках небесных, а праведные — оказаться на небесах. Но это «завтра» все же наступило, как и все последующие дни, даже до настоящего времени. Что должно было произойти после того, как надежды не сбылись?

Как и можно было ожидать, движение раскололось на несколько течений, и некоторые из них существуют до сих пор.

Более половины принявших весть Миллера покинули движение в течение последующих нескольких месяцев; некоторые вернулись в прежние конфессии, другие вообще отошли от церкви. Многие заявляли, что все движение было от дьявола. Большинство тех, кто остался, продолжали собираться относительно нестабильной группой, время от времени встречавшейся, чтобы вновь подтвердить свою веру в реальность Второго пришествия. Пока Миллер был жив, он являлся как бы неформальным руководителем этой группы, призывая всех держаться первоначальных основ вероучения и сопротивляться всяким изменениям в учении. Эту же позицию занимали и некоторые другие руководители.

Эта группа впоследствии назначила несколько новых сроков пришествия. Сам Миллер в этом участия не принимал. Около 25000 человек продолжали ожидать близкого возвращения Христа. От этой группы миллеритов берет начало современная адвентистская христианская церковь. Сегодня она насчитывает приблизительно такое же количество членов, как и при жизни Миллера. Эта церковь практически не растет.

Другие стали верить, что Иисус вернулся духовно. Число их никогда не было велико, и эта группа очень быстро распалась.

Из миллеровского движения вышла еще одна небольшая группа, насчитывавшая менее пятидесяти человек. Некоторые из них, как, например, Джеймс Уайт и Джозеф Бэйтс, были проповедниками пришествия. Бэйтс, в частности, занимал лидирующее положение. Если бы миллеровское движение продолжало существовать, Джеймс Уайт, без всякого сомнения, также стал бы одним из его известных руководителей. Однако в 1844 году ему было всего лишь двадцать три года.

Эта группа, которую Джеймс Уайт вначале назвал рассеянным стадом, после некоторых событий сплотилась. В противоположность большей по численности группе остальных адвентистов, составлявшие ее люди были готовы продвигаться в дальнейшем понимании истины. Это понимание включало доктринальные положения о субботе и святилище, а также и признание того, что дар пророчества имеет место и в наше время.

Адвентисты познакомились с учением о субботе в Вашингтоне, штат Нью-Гемпшир, в начале 1844 года. Некоторые приняли его, но широкого внимания оно не привлекало до тех пор, пока в начале 1845 года в Вашингтон не отправился Джозеф Бэйтс. Бэйтс тоже принял это положение. Его трактаты о субботе и личные свидетельства с самого начала движения познакомили с этой истиной других.

23 октября, уже после разочарования, в Порт-Гибсоне, штат Нью-Йорк, Хираму Эдсону было дано понимание значения святилища из Книги Даниила, 8:14. Вот как он описывает этот опыт:

«После завтрака я обратился к одному из братьев: "Давай отправимся и ободрим некоторых из братьев". Мы пошли, и когда переходили через большое поле, на полпути меня что-то остановило. Мне показалось, что небеса отверзлись моему взору, и я отчетливо и ясно увидел, что наш Первосвященник не вышел из Святого святых небесного святилища, чтобы сойти на эту землю на десятый день седьмого месяца, в конце 2300 дней, а вместо этого лишь впервые вошел в эту вторую часть святилища, и что прежде, чем сойти на землю, Он должен был совершить работу во Святом святых ».

Эдсон понял, что это и есть та причина, по которой Иисус не вернулся на землю. Его работа в небесном Суде еще не завершена. Очищение святилища, о котором говорилось в 14-м стихе 8-й главы Книги Даниила, не было очищением земли огнем при Втором пришествии Христа. Это было очищение небесного святилища, окончательный суд перед возвращением Христа на землю. Это видение послужило ключом к пониманию причин разочарования. Эдсон с двумя другими адвентистами, доктором Ф. Б. Ханом и О. Р. Л. Крозьером, вновь перечитал все пророчество. Крозьер, учитель по профессии, написал в миллеровской газете «The Day Star Extra» статью о результатах этих исследований, и 7 февраля 1846 года она была опубликована. Группа приняла это объяснение.

В начале декабря 1844 года в Портланде, штат Мэн, молодой семнадцатилетней девушке Елене Гармон было дано первое из многих в ее жизни видений, которое имело особое значение для разочарованных адвентистов. Она увидела адвентистов идущими по узкой тропе, высоко над миром. Во главе их был Иисус, и до тех пор, пока они устремляли свои взгляды на Него, они оставались на тропе. Это было напоминанием о том, что Господь вес еще переживает за Свой народ. Второе пришествие должно вскоре наступить, но задерживается до нужного времени.

В том же видении Елене были показаны небеса такими, какими они станут в будущем, и когда она вошла туда, то узнала двух проповедников-миллеритов. Одним был Левий Стокман, умерший в начале 1844 года. Это был тот самый служитель, который ободрял ее в начале христианского пути. Другим служителем, которого она увидела, был Чарльз Фитч, изготовитель адвентистских плакатов. Наглядные пособия, которые он делал, использовались служителями-миллеритами при проповеди Второго пришествия. Фитч умер за восемь дней до ожидавшегося возвращения Христа. Оба эти человека были показаны Елене спасенными. Особым ободрением это должно было стать для семей Фитча и Стокмана, с которыми их в 1844 году разлучила смерть.

А что же с Джошуа Хаймсом? Он дожил до 1895 года и умер в девяностолетнем возрасте. Впервые Хаймс встретился с Джеймсом и Еленой Уайт как руководителями церкви адвентистов седьмого дня около 1875 года. В конце своей жизни он приехал в санаторий Батл Крик для того, чтобы лечиться от рака. Очевидно, что он поддерживал контакты с Еленой Уайт и адвентистами седьмого дня. В письме к Е. Уайт от 12 сентября 1894 года он писал:

«В 90 лет общее состояние моего здоровья хорошее, и вскоре я вернусь к своему народу для повседневной работы, надеясь на то, что она принесет добрые плоды. Надеюсь, что мои последние дни будут спокойными и полезными. Я проповедую пришествие как близкое, но без определенного срока, и верю этому...

Вы и ваши помощники проделали огромную работу после 1844 года и все еще продолжаете ее. Не знаю, что будет ее концом...

Свою работу с отцом Миллером я завершил в 1844 году. После этого самое большее, что я делал, — утешал рассеянное стадо... Вскоре я упокоюсь. Вы же молоды и можете еще трудиться. Пусть Господь благословит вас и направляет до конца. Посылаю вам пять долларов на личные нужды».

В другом письме, датированном 13 марта 1895 года и адресованном «моей дорогой сестре во Христе», Хаймс вновь написал:

«Ныне же я не могу быть судьей вашей работы. Судить об этом вам, и сделайте это наилучшим образом. Работа отца Миллера, которому я помогал, была исполнена верно... День Господень явит результат.

17 января 1895 года Елена Уайт написала два письма: одно Хаймсу, а второе — его другу. Хаймс пожертвовал сорок долларов для работы в Австралии, и она была глубоко тронута этим. Е. Уайт сообщала подруге, сестре Остин:

«Я написала краткое письмо пастору Дж. В. Хаймсу. Не могу выразить своей радости по поводу того, что один из пионеров провозглашения вести предупреждения миру в 1840—1844-х годах принимает участие в провозглашении вести третьего ангела... Мне это приносит огромное удовлетворение. Я знаю, мы на стороне истины, и высоко ценю этого человека, решившего таким образом принять участие в провозглашении вести первого и второго ангела, ценю его дела. Это пожертвование пастора Хаймса для работы в Австралии принято с радостью, для меня оно гораздо более ценно, чем любое пожертвование от любого другого человека».

В письме Елены Уайт к Хаймсу содержались следующие комментарии:

«Духовное участие, подтвержденное вашим пожертвованием для этого поля, возрадовало мое сердце, ибо оно свидетельствует, что вы не утратили миссионерского духа, который побудил вас вначале предать делу себя самого, а затем отдать Господу свои средства для возвещения миру вести первого и второго ангела в свое время и в своем порядке. Для меня это великое вознаграждение, ибо оно несет славное свидетельство того, что ваше сердце все еще предано делу».

Через несколько месяцев после этого, 27 июля 1895 года, Джошуа Хаймс скончался. В «Advent Review» and «Sabbath Herald» были помещены следующие комментарии:

«Разочарованный сумятицей и разделением, которые вошли в ряды адвентистов по прошествии времени, обескураженный [Хаймс] в 1879 году вернулся в лоно епископальной церкви — церкви его детства; и с того времени и до самой смерти ограничивал свою деятельность работой в этой конфессии. Но он никогда не утратил ни своей любви, ни интереса к великой теме близкого Второго пришествия Христа. И во время длительного санаторного лечения от рака в последний год жизни он наиболее часто возвращался к ней и в воспоминаниях, и в беседах».

Вероятно, Хаймс в радости увидит возвращение Христа. Адвентисты находятся в неоплатном долгу перед теми пионерами, которые приготовили им путь для провозглашения последней вести всему миру. Первые пятьдесят последователей Миллера, оставшиеся после Разочарования, выросли в десятимиллионную армию адвентистов седьмого дня, располагающуюся по всему миру.

В январе 1853 года Джозеф Бэйтс побывал в доме Миллера в Лоу Хэмптоне, штат Нью-Йорк, и выступил в небольшой часовне, которую неподалеку построил Миллер. Рассказывая о встрече с Люси Миллер, Бэйтс сообщил, что она одобрила положение о субботе: «Она сказала, что не знала этого раньше, но что соблюдение субботы, которое мы проповедуем, является правильным».

По крайней мере один из восьми детей Миллера позже стал адвентистом седьмого дня. Лэнгдон Миллер посетил встречи, проходившие в Чикаго в январе 1885 года. Там была и Елена Уайт, которая сообщила следующее:

«На этой встрече сын У. Миллера [Лэнгдон] присоединился к нам в соблюдении субботы согласно четвертой заповеди. Он исследовал истину годами...

Брату Миллеру уже более семидесяти лет. Он покинул Вермонт много лет назад и с тех пор не был членом никакой церкви».

А что же с самим Уильямом Миллером? В 1858 году, когда Елена Уайт написала первое повествование о великой борьбе между Христом и сатаной, ей была показана могила Уильяма Миллера близ его дома в Лоу Хэмптоне, и вот ее слова по этому поводу:

«Я увидела, что Уильям Миллер, готовясь вступить в небесный Ханаан, ошибался, страдая от того, что его влияние действовало наперекор истине. Подвигли его на это другие люди, другие должны и нести ответственность. Но за драгоценным прахом этого слуги Божьего следят ангелы, и при звуке последней трубы он восстанет».

Сам Миллер как-то раз сделал предсказание, быть может, неразумное, — оно содержится в одном его отчете о проделанной работе. В заключение своей книги «Apology and Defence», подготовленной в августе 1845 года, Миллер написал: «Бог восстановит тех, кому поручит направлять Свое дело».

Может быть, однажды Уильям Миллер узнает, что его предсказание исполнилось в работе адвентистов седьмого дня.